Просодия. Сатирическая повесть

Многие знакомства из виртуальных быстро переросли в реальные, а однажды он познакомился с поэтом и музыкантом из далёкого Израиля: у них оказалось много общего. Нового знакомого звали Варламий.

У того было туманное происхождение, в своей родословной он совмещал с десяток народностей: армян, грузин, евреев, русских, цыган, поляков… Он не так давно уехал из России, женившись на израильтянке, но на новой родине прижился плохо, чувствовал там себя гоем, а после обидного прозвища «армянская тухес», данного ему соседом по лестничной клетке, решил жить на две страны.

Успокоился он только после того, как, однажды выйдя на лестничную клетку выкурить сигарету, послал соседа расхожей фразой на идише: «Киш мири ин тухес унд зай гезунд!», что означало: «Поцелуйте меня в задницу и будьте здоровы!»

– В конце концов, в наше время, – думал Варламий, – можно иметь и двойное гражданство.

Поэтому, дабы не лишиться прописки в Израиле, он четыре месяца жил со своей законной женой в Натании, остальное же время предпочитал проводить на исторической родине в Москве.

Отпуска были ему крайне необходимы ещё по одной причине: после двадцатипятилетия супружеской жизни они с Цилей пошли на второй срок, а его душе периодически требовался покой. Жена была хорошей женщиной, но шумной. Он был человеком предприимчивым и умным.

Свою квартиру в Москве Варламий не продал, а сдавал внаём. По приезде же всегда приглашал к себе друзей, «девочек» и коллег по прошлым работам, ибо в одном и том же месте подолгу никогда не задерживался.

И вот однажды, после того, как они переписывались полночи, Савва попросил Варламия выслать по электронной почте фото. Уж очень ему хотелось посмотреть на своего обретённого нового друга. Каково же было его изумление, когда он открыл почту и увидел: это был человек из сна. Лет шестидесяти, суховатый, с большим восточным носом, седыми вьющимися волосами и живыми карими глазами.

Савва был потрясён до глубины души. Теперь он точно знал, именно ему предначертано великое будущее.

Он зачинатель чего-то нового, он чувствует в себе силы соединить музыку и стихи. Он будет поэтом-полководцем, летящем на белом Пегасе, ведущим за собой толпы трубадуров-альтруистов, поэтов-неудачников, кухонных гитаристов. Бардовская песня на оригинальные тексты – вот его конёк! Нет, конь. Он станет продюсером, и ему срочно нужен помощник.

Савва решил узнать, а не играет ли Варламий на каком-нибудь музыкальном инструменте? Выяснилось, что играет. На гитаре.