Ловля. Книга стихов

Марине в Волгоград

«дом „Хандра“ на набережной Чуйкова»

звучит не то что бы круто, но, пожалуй, клёво…

выхожу на набережную, и не то, чтобы нету клёва,

но никто не нужен, и удочка не готова

к ловле мальчишек, девчонок, улыбок и междометий…

разве может быть кроме нас двоих кто-то третий?

Мосты

(1)

И вот он уезжает из столицы,

садится на автобус до Челнов

и едет, едет, едет, едет,

снится:

Постольку же, поскольку ненавистны

линейки улиц, спящие умы,

ты клёнов устрашающие листья,

их шебуршанье неразумное люби:

в нём города простой разлучный вихрь,

заботливая тяжесть головы,

в нём Камы неизменчивой и тихой

круглогодично поедание Шильны.

Умри. Проснись. Смотри на «тюбетейку»,

как на уродливый огромный карандаш:

но и таким писалом человека

уже больнее не предашь,

уже не перескажешь поцелуев

на этом недостроенном мосту,

где ты сейчас один. Дыши на руку

знакомую кленовому листу.

(2)

У моста нет реки

Снизу лязгом стремятся машины

Воспротивься всему в этом городе спутана речь

Беспросветная речь скороспелая впрочем невинная

В этом городе тусклом наверное спутана речь

Протащи по перилам рукав то ли пахнет бензином

Запиши в записную зачем ты испачкал пиджак

Против церкви единственной у городского виска

Красным дьяволом брызжет народный божок магазин

Лермонтоведение

Не ходи, не ходи на дорогу

не встречай там его, не встречай

этой тёплой пыльцы и тревоги

летний шар.

Не ходи ни один, ни с подругой

на вечернее небо глядеть,

где влюбляются облако с тучей

в алый цвет.

Для тебя – только жёлтый над городом,

шорох дворника, блеск витрин,

и коробок в коричневых пролежнях

лабиринт.

…

Впрочем, что же, сходи на берег,

если хочешь, сходи, помолчи…

если дом навсегда потерян,

там ключи.

Наедине

С женщиной наедине

Хорошо молчать под руку

И молчать, и слушать снег,

Изнывать от скуки.

Хорошо шептать стихи

Девочке на ухо,

А потом опять молчать

И дыханье слушать.

У моей победы

У моей победы маленькие крылья,

длинноногой девы пьяные глаза.

Недозрелый город теребит мне вымя,

требует сгущёнки, жалобит глаза.

Жалую беднягу, сопли на ладошке,

пыль фонтанной влаги на его щеках…

У моей победы гордости немного,

но какое небо.