Ибо богиня

«Единственное неопровержимое доказательство взаимности в любви – рождение ребёнка», – сама по себе всплыла в голове растиражированная всеми каналами, повторяемая в сотнях книг фраза.

– Я, кажется, понял, – задумчиво проговорил отец.

– Да? – бабушка с надеждой посмотрела на своего умного зятя.

– Твои, дочь, истерики, как истерики твоей матери – они не из-за вздорного характера, они – свидетельства тупика. Что-то ты делаешь не так. Что-то совсем неправильное.

– Я Академию не брошу, – сразу вся подобралась, сжалась под легким одеялом Татьяна.

– Ух ты, – улыбнулась бабушка: – И шерсть вздыбила, и когти выпустила! Успокойся: мы – за тебя! Слышишь: мы за тебя! От нас обороняться не надо.

Отец ничего говорить не стал, он только погладил взрослую дочь по щеке, а потом улыбнулся:

– Итак, в этом вопросе внутренний конфликт не проглядывает… Нужно на уровень ниже.

– Тоже мне, великий режиссёр, – пробормотала вредная тёща и обратилась к внучке: – Что-то, значит, у тебя там, в твоих академиях… Что?

– А вот тут, верно, тяжело, – вздохнул Валерий Геннадьевич, – традиционно озвучивается фраза: «никому ничего».

 Так?

– Даже больше, – сочувственно улыбнулась ему дочь. После слов бабушки она расслабилась, ладонь отца грела щёку. «Вот так бы и заснуть», – подумала она. – Для нас, «хитрых да мудрых», специально уточнили даже про троюродного брата.

– «Уточнили»? – насторожился отец. – Процитировать можешь?

– Да, разрешено, – пробормотала она, глаза у неё закрывались, она и впрямь засыпала, она обеими руками обняла руку отца, и выдала нужную цитату: «Можете уточнить дотошным: никаким друзьям-подружкам; ни папе с мамой; ни дорогому дядюшке, ни любимой тётушке; ни братьям, ни сёстрам.

А для особо хитрых: кузен Георгий может не относиться к друзьям, но к братьям, хоть он и троюродный, относится однозначно». Пап, я спать хочу. Не уходи ещё немножечко, а?

– Что ж мне-то такого не досталось? – пожаловалась несчастная бабушка.

 – Что ж обе мои доченьки в этом в меня-то пошли, а не в своего ласкового психованного папочку?

Она встала и направилась к выходу.

А на следующий день забрала внучку к себе: «Твоим гениальным родителям не до тебя, у них – „сезон“, у них – „экспедиция“, а я тебя хоть борщ научу варить. А то придёт время, будешь любимого концентратами да химией кормить – он и сбежит. Как твой дед от моей подружки».