Ибо богиня

Слышишь? Я тебе не враг!

Руки у Марии были подвернуты под спину… А если ногой… Но Татьяна тут же чуть надавила голенью…

«Ага. Доступно… Не враг. Как же!»

– И второе, и третье: я тебе не враг! Понимаешь?! Я тебе ещё раз скажу: я тебе не враг! – и она ещё усилила нажим на горло. – А теперь пятое: ты знаешь разницу между термином «управлять» и «командовать»?! Она та же самая, что между печь торт и есть его! А ты, дура, завтра на стенке опять командовать попрёшься?! Ты понимаешь, что завтра, когда вы опять грохнетесь, парни просто с наслаждением набьют тебе морду и бросят тебя?!

Она чуть ослабила нажим, и Мария судорожно вздохнула.

– Потерпи, я сейчас встану. Скажу последнее и встану, – и голень опять вжалась в горло. – Но сначала предпоследнее. Вероника с тобой останется в любом случае, а вот Надька переметнётся к нам. Её Стасик уговорит. Да ему-то её, кажется, особенно уговаривать и не понадобится. Так вот теперь последнее: если ты переживёшь завтрашнюю стенку, если ты всё-таки передашь командование Питу, а для верности себе заклеишь рот пластырем, то… Дайте Стасу шанс.

Или она сама пусть на танц-классе его выберет, или пусть хоть раз дождётся его выбора! Пусть только даст ему шанс! С этим алфавитным порядком наш Ященко просто не успевает! – Татьяна опять вздохнула, потом ещё, потом решилась: – Всё. Я встаю.

– Если твоя кобыла сейчас взбрыкнётся, я её вышвырну.

– Нет, – жёстко улыбнулась Вера Игоревна. – Не успеешь. Её вышвырну я.

Татьяна встала и, не оглядываясь, пошла к своей кабинке, к своему шампуню, к своей мочалке, к своим тапочкам.

Дошла. Вода лилась горячая, но ей было холодно. У неё почти стучали зубы. Она закрыла глаза.

– Теперь моя очередь, – услышала она.

Подняла тяжелые веки. Перед ней стояла Мария – голая, рыжая, мокрая и вся в гусиной коже.

– Теперь моя очередь заниматься твоими волосами, – повторила она. – Повернись спиной.

Таня послушно повернулась. Ноги её едва держали.

Через мгновение выяснилось, что ноги не держали не только её.

Она еле успела перехватить вдруг ослабшие чужие руки, и они обе опустились на пол. Они даже не плакали. Только вода сверху лилась и лилась и вымывала из их волос остатки шампуня.

– Смотри, – минут через десять улыбнулся капитан, глядя, как девчонки в четыре руки копошились в волосах, – они сейчас начнут выкусывать друг у друга блохи.

Майор не ответила на шутку, её занимало другое:

– Так что же это я тебе проиграла?

– Желание.