Васильковые песни Жени Васильевой

На перекрестке звезд и терний

Как известно, детские впечатления откладывают отпечаток на всю последующую жизнь человека, определяют дальнейшую судьбу каждого из нас. Радостные воспоминания заряжают оптимизмом, помогают смотреть на мир бодро и весело, оставаясь победителем в самых безнадежных ситуациях. И наоборот, негативный опыт ранит душу и психику, обременяя подсознание тяжелым грузом дурных комплексов.

Евгении Васильевой повезло. Она появилась на свет при счастливом расположении звезд – ее детство было в буквальном смысле безоблачным – и, чтобы справиться с переполнявшим ее изумлением и чувством благодарности к Богу, девочка Женя решила поделиться своим восторгом с окружающими.

На помощь пришла поэзия, ставшая точкой отсчета ее будущего духовного созревания и совершенствования. Постепенно эмоции структурировались, обретали ритмические формы, мысли формировались в поэтические строфы и образы, слова и фразы рифмовались друг с другом. Мир на глазах превращался в волшебное, сказочное пространство, где отсутствуют границы между снами и явью.

Для Евгении Васильевой не стоит вопрос о смысле и цели творчества. Поэзия вошла в нее и окутала как аура – стала эфирным наполнением и продолжением ее физического тела. Чем бы она ни занималась, в какой бы ситуации ни оказывалась, окружающий мир для нее – поток радости и изумления, неисчерпаемый круговорот метафор, из которого она черпает и строительный материал, и вдохновение для диалога как с близкими людьми, так и с вечностью.

Отсюда и жанр стихов Васильевой – лирический дневник, позволяющий не только скрупулезно фиксировать нюансы внешних и внутренних событий, но заодно и оценивать происходящее вокруг, шептать слова любви, обличать предательства, а главное – исповедоваться.

Что и говорить, из всех форматов общения с читателем автор выбрала наиболее рискованный – запредельную по пронзительности искренность и граничащее со святостью простодушие. Поэзия для нее – не возможность поупражняться в интеллектуальной эквилибристике, а непревзойденная по степени истовости вера.

Сборник, который вы держите в руках, настолько безупречен по чистоте звучания, обнаженности чувств и отсутствию малейшего намека на фальшь, что отметает все подозрения в искусственности, притворстве и стремлении казаться, а не быть. Столь высокий градус прозрачности, света, достоинства и благородства поневоле возвращает к традициям золотого века русской поэзии.