Любовь зла

Но руководство «Я-щерицу» ценило, ибо она давала «показатели»: маячила на всевозможных конференциях, знаковых и не очень, выпускала тонны бесполезной литературы, составленной методом копи-паста, словом, с лихвой поставляла нужные циферки в разнообразные отчетные таблички.

На нашем факультете мы были первым потоком, которому так «повезло»: попали под инновации. По слухам, началось все, как водится, с благих намерений. Руководство нашей кафедры вдруг решило, что «прикладные лингвисты» в качестве дипломной работы должны предоставить разработанную ими хотя бы простенькую, но программу.

Мол, сейчас без ИТ никуда, давайте выпускать кадры, соответственно требованиям рынка. И поставили нам на выпускном курсе предмет «Разработка прикладных программных систем». С Зинаидой Петровной до кучи. И мы не то что вызвыли, мы зарыдали, в прямом смысле этого слова. Но самое интересное, к содержанию предмета было не придраться: каждую лекцию «Я-щерица» честно рассказывала, какие системы она разработала, как ее хвалили и ценили за это, какие медали на международных выставках она получала и прочее и прочее. На лабораторных же нас рассаживали за компьютеры, выдавали задание и следили за выполнением. «Я-щерица» все две пары курсировала по аудитории с указкой в руках и снисходительно вздыхала над нашей бестолковостью. А все наши возмущения легко разбивались одним-единственным аргументом: «У вас в плане уйма часов самостоятельной работы. Я дала вам все источники литературы. Или вы настолько бестолковы, что не умеете книжки читать? Тогда зачем вам высшее образование?» Но увы, чтение не помогало, ибо выданные ей источники были под стать ее же написанным. Мы даже грешным делом думали, а не является ли она представителем какого-нибудь тайного общества. Жестокого и беспощадного… Не помогало нам и привлечение знакомых программистов: «Я-щерица» нещадно валила пытающихся сдать чужой код. При этом еще ядовито уточняя: «Что, парню твоему на написать времени хватило, а на объяснить нет? Он у тебя что-нибудь до конца доводить-то умеет?» Как мы поняли, писать докладные руководству тоже не имело смысла: что будут стоить слова двадцати обиженных студенток против регалий и «большого педагогического опыта»? Ноль. Без палочки. Нам на это весьма прозрачно намекнули. Тем не менее, поспрашивав на кафедрах соседнего факультета, с которого к нам эта гадость приползла, мы выяснили, что «Я-щерицу» победить нельзя. Ее можно только пережить, после забыв, как страшный сон.