Угол падения

Галина с рассказом не торопилась. Она тоже заказала себе пива, вяленой оленины и орешков.

– Ну орешки ладно, а оленину зачем? Ты уверена, что этот олень не гавкал на прохожих в темных переулках до того, как его убили и засолили? – спросил Сергей, бесцеремонно заглядывая в меню и пальцем тыча в стоимость заказанной Галей оленины.

– Я ни в чем никогда не уверена до конца. Ты же знаешь. Собери мозги в кучу, отвлекись от подсчетов и послушай меня внимательно. Есть дело на миллион долларов.

– Да иди ты! – Сергей выронил меню из рук и весь подался вперед.

Галина сделала большой глоток. Пиво она очень любила и пила его всегда с удовольствием. Вот и сейчас, даже глаза прикрыла от наслаждения. Ее собеседник взирал на нее с неподдельным интересом и ждал продолжения.

– Ну не томи же ты! Давай, выкладывай! Кого засадить? Аж руки чешутся.

– Ну и негодяй же ты, Маслов! Тебе что, засадить кого-нибудь в радость что ли? Ты же юрист, блюститель закона. Или закон, что дышло…?

– Да брось ты демагогией заниматься, Галина Ивановна.

А то ты не знаешь, первый день на свет родилась. Ведь меня же вызвала для того, чтобы отравить кому-нибудь жизнь! И я должен найти способ! Что, не так что ли?

– Не так! Почему сразу «отравить»? Может наоборот, помочь хочу человеку, он в трудной ситуации.

Галина нарочно оттягивала разговор, она хорошо знала Сергея: ему надо дать сначала остыть, тогда он будет соображать четко и улавливать проблему с ходу.

Когда Сергей перестал балагурить, она приступила к делу.

Во всех подробностях рассказала ему о двух визитах, Ильи и Майи, не называя при этом имен и фамилий. Конечно, Илья Сафронов как тренер по плаванью не был личностью известной в широких кругах. Его имя, если и мелькало в местной прессе, то только, возможно, в спортивных новостях. Но кто особо обращает внимания на имена в газетах? Вряд ли фамилия Сафронов была известна Сергею, но все же Галя умалчивала пока, о ком идет речь.

– Итак, – подытожил Сергей, – есть человек, твой хороший знакомый, как я понимаю, который поплыл.

То есть его очень серьезной подставляет его же дочурка, а ты в смятении: казнить или миловать. Чего же ты хочешь от меня?

– Мне нужен твой профессиональный совет. В данной ситуации можно ли доказать, что это было убийство, если прошло уже более полугода? Будут ли этим серьезно заниматься, опираясь только на свидетельские показания несовершеннолетней дочери?

Сергей задумался.