Страсти людские. Сборник любовных историй

– За что?!

– За счастье! – ответил Виктор. Он взял голову девушки, повернул в свою сторону, нежно наклонил и впился губами в ее губы, которые, как оказалось, также были сухими. Девушка не только не сопротивлялась, но даже подалась вперед, чтобы лучше почувствовать соединение.

Это был поцелуй, длиною в вечность. Потом поцелуи следовали один за другим. Виктору хотелось зацеловать на смерть девушку. Когда их разгоряченные губы слегка припухли, решили сделать паузу. Они сидели, тесно прижавшись. Виктор не выпускал девушку из своих цепких объятий.

Валентина шепотом призналась:

– Мне очень хорошо… с тобой, милый мой мужичок… Ты – умный… Опытный… Добрый… Ласковый… Тактичный… Терпеливый… Твои руки прикасаются ко мне и во мне начинается дрожь, я слабею… Кажется, еще чуть-чуть и… Девчонки насчет тебя все уши мне прожужжали… Говорят, что нечаянно вытянула выигрышный билет, что упускать из рук никак нельзя. Держать, говорят, – и не пущать… Ой, до чего ж они правы, мои подруженьки! Возле тебя трется столько… И такие… Трудно будет удержать…

Виктор спросил:

– Ревнуешь?

– Еще как!.

. Готова своими руками этих паразиток… Всех и в клочья!..

Виктор счастливо рассмеялся.

– Так-таки всех?

– Хочешь посмотреть, да? – она теснее прижалась к парню. – Достанется и тебе.

– Мне-то, Валюша, за что?

– За все, что есть и за все, что может быть. Не вижу, думаешь, как всем девчонкам строишь глазки? А те, идиотки, готовы писать на голяшки. И ведь писают, заразы!

– Но я люблю одну… тебя, родная! Я – верный мужчина, Валюша, очень-очень верный.

Мне никто не нужен… Мне нужна ты и только ты.

– Я и развесила уши, думаешь? Считаешь, поверила?

– Если любишь, то придется поверить.

Спустились сумерки. Небосвод усеян звездочками. Потянуло ночной прохладой. Виктор взял со скамейки пиджак и накинул на плечи девушки. Он незаметно взглянул на наручные часы. Они показывали без четверти одиннадцать. В его голове пронеслось: «Неужели?..

» Да, его девушка сегодня не спешит в общежитие. Его девушка не забыла, что «монастырские» двери вот-вот наглухо закроют и тогда… Уже до утра… Виктор счастлив, что впереди – вся ночь и весь воскресный день.

И были поцелуи. Один жарче другого.

Горизонт на востоке начал окрашиваться в пурпур, загораясь все ярче и ярче. Ночная мгла стала отступать. О наступлении нового июньского утра первыми возвестили миру птички, подняв невероятный треск и шум в кустах.