В гостях у Поликарпа. Шутка в тринадцати актах

– Вот до чего довели народ эти проходимцы и карьеристы, – воскликнул Петрович, вскидывая руки вверх и, затем, встав в виде вопросительного знака перед столом, спросил, – и что ты думаешь делать?

– Да я уже и не знаю, Петрович! То ли от отчаяния пойти на ограбления банка, как тот новокузнецкий неудачник, больше похожий на самоубийцу, чем на грабителя, то ли, почку продать!

– Кредит, я так понимаю, раз подумываешь об ограблении банка, ты уже пытался взять, – снова садясь за стол, спросил сосед.

– Пытался! Вот только заемщик из меня, похоже, уж очень ненадежный. Все банки отказали. Но кое-что я понял! Оказывается и попытка бывает пытка.

– А какие проценты просят? – с явным интересом задал вопрос Петрович.

– От девятнадцати и выше.

– Это полная стоимость кредита, или еще какие-то сборы имеются?

– Страхование кредита, некоторые требуют оформить страхование жизни, ну и за оформление договора надо платить.

– Понятно, – воскликнул Петрович.

– Что понятно, – переспросил я.

– А то, что реальная стоимость кредита, при таком подходе, не менее тридцати пяти процентов в год.

Петрович снова встал из-за стола и заходил по комнате.

– Это же грабеж чистейшей воды! И к этому все и двигалось.

– К чему двигалось, – недоуменно спросил я.

– К тому, чтобы содрать с народа три шкуры! Народ кормили баснями о рынке и конкуренции, и всякие «ученые» мужи, со званиями и степенями неустанно твердили народу, что вся проблема в монополии, и стоит наплодить частных собственников, как все тут же получат массу качественных и дешевых товаров и услуг, а получилось все как раз да наоборот.

И ведь как ловко обработали сознание обывателя! Телевидение великая сила, а в руках врага и великое оружие. Что тут можно добавить!

Одураченный партократами, в союзе с академическими мародерами, и прислуживающей им журналистской братией народ, ведь, действительно поверил, что ему, в этой жизни, не хватает только рынка и конкуренции.

– Ты это о ком сейчас Петрович?

– О солдатах, которые в 1825 году, на Сенатской площади, выкрикивали этот призыв. Так им офицеры заговорщики объяснили, – с усмешкой проговорил Петрович.