Книга жизни (сборник)

В эти же времена я заметил большую напряженность и настороженность приятелей моих родителей, приходивших к нам в гости каждый день. Это были муж и жена. Она работала в аптеке, изготавливая по рецептам врачей лекарства. Муж работал на тепловозостроительном заводе. Я подслушал, как жена рассказывала, что работать стало трудно. Выдавая приготовленные лекарства покупателю, она вынуждена была слышать в свой адрес реплики типа: а вы приготовили лекарство или то, что ваши кремлевские коллеги? Травите русский народ.

Но недолго осталось. Скоро товарищ Сталин и мы разберемся с вами.

Самое интересное по сущности было то, что в простой еврейской среде любили товарища Сталина, почти единственного защитника еврейского народа. А врачей-убийц евреи ненавидели: что им (врачам) не хватало? Работали в Кремле, пользовались всеми благами и вот вам благодарность. Что теперь будет с нами? Можно даже понять евреям возмущение русских. Одна надежда на товарища Сталина, что возвысится над этой нечестью – врачами и защитит евреев.

А врачей четвертовать мало.

И не могли евреи придумать ту казнь и муки, на которые врачей следует подвергнуть, чтобы хоть частично они заплатили за свои зверства.

В этом месте я прервусь.

Каким талантом мистификатора и подлеца должен был обладать товарищ Сталин и способностями в области зомбирования широких, как говорили коммунисты, слоев народных масс, чтобы в любой, подходящий для него момент 99 % и более народа, невзирая на неоднократные и широкие волны убийств ученых, писателей, деятелей искусств и т.

 д., и т. д., дружно, как по команде дрессировщика в цирке, демонстрировать необходимую выучку и привитые условные рефлексы.

Я особенно обращаю внимание на этот феномен толпы, и вопреки мнению известного писателя Распутина, остановлюсь не на товарище Кагановиче как основном зле, бывшем в то время вождем разве что еврейских сапожников и одним из личных холуев товарища Сталина, а непосредственно на товарище Сталине.

Сталин в юные годы баловался религией, но обладая незаурядными бандитскими замашками профессионального уголовника и двуличием невиданных масштабов, всем своим звериным нутром он почуял новые веяния в политической борьбе тех времен, позволявшим максимально раскрыться его бандитским наклонностям. И потому товарищ Сталин пошел в коммунисты.