Книга жизни (сборник)

В этот момент я почему-то вспомнил, что многих евреев немцы изымали из их жилищ по указанию соседей, с которыми они, до прихода немцев, были вроде бы в отличных отношениях. Я понял, что улыбка на лице мальчика может означать не хорошее расположение к тебе, а маскировку истинных намерений.

С этого момента я охладел к своему другу, хотя внешне мы вроде бы продолжали поддерживать хорошие отношения. Я так и не смог принять окончательного решения в этой ситуации и очень презирал себя за нерешительность.

6.

 Краб

Ко мне с самого начала обучения в школе приставал блатной по кличке краб. Он каждый раз уточнял мою фамилию и национальность.

– Как же так, говорил он, – фамилия у тебя русская, а ты еврей. Я молчал и робел. Я не мог пояснить ему, малосведущему, что фамилия у меня обычная. Гораздо больше людей с моей фамилией были евреи, но я знал некоторых людей, которые с моей фамилией были русскими. Поняв в очередной раз, что я еврей, он начинал приставать ко мне.

Избавиться от него не было никакой возможности.

Связываться с ним никто из учеников, в том числе и я, не хотели, хотя силы он, по моей оценке, был небольшой. И я долго нес свой унизительный крест до шестого класса.

Как-то раз, недалеко от места, где проживал Абрам, я встретил краба. Он тут же начал приставать ко мне, проходясь по моей национальности.

Я оглянулся. Никого не было. Обнаглев, он начал давать потихоньку волю своим рукам, пытаясь схватить меня за нос. Сначала я уклонялся, но в какой-то момент меня прорвало.

Я сцепился с ним и начал его бить. Этого он не ожидал, а я просто избивал его, вымещая на нем многолетние унижения. Через некоторое время он взвыл, вырвался из моих рук и начал спасаться бегством.

Но недолго длился мой праздник жизни. Краб знал, где я живу, и через два дня подстерег меня со своими ребятами на нашей улице возле дома, где жил Абрам.

– Вот тот, кто бил меня, заявил он.

Бывшие с ним блатные навалились на меня. Один захватил мою правую руку, другой левую, а третий зафиксировал ноги.

В правой руке краб что-то держал. Он размахнулся и ударил меня правой рукой в глаз. Мне показалось, что молнии засверкали у меня в голове. Я обвис на руках тех блатных, что держали меня. Они со смехом бросили меня на землю, и пошли дразнить Абрама.

Я вскочил и заорал от досады, обещая расправиться с крабом, один на один, когда встречу его. Один из блатных предложил добавить мне, но тут выскочил Абрам и погнался за ними с дубиной.