Любовь приходит в черном

Платье скользнуло на пол, за ним последовала одежда Артура. Его сильные руки подняли Марину и опустили в теплую, плотную воду.

– Для тебя, – прошептал Артур, забираясь следом, – морская вода.

Искусственные волны уносили все печали и заботы не только этого дня, но и предыдущей жизни. Марина сидела, закинув ноги на бедра Артура, прижимаясь к нему. В полумраке не видно было, какого цвета у него глаза, взгляд казался непроницаемо-черным. Марина хотела его больше, чем кого бы то ни было в своей жизни. Жесткие, но нежные ладони скользили по ее телу, подхватывали грудь, играли с сосками, оглаживали спину.

– Поцелуй меня, – не выдержав, попросила Марина.

Вода пахла морской свежестью и йодом. Артур пах мужчиной – не сильно и не резко, но так маняще, что она не удержалась, приникла к нему, вдыхая запах.

– Ты – моя.

Странное заявление, но Марина была согласна со всем, что он говорит.

– Отныне и всегда ты будешь моей.

Хорошо, хотелось кричать женщине, хорошо, только возьми меня!

Будто услышав, он подхватил ее бедра, приподнял и опустил на свой вздыбленный член.

На этот раз все было иначе. Медленно, будто впереди целая вечность. Марина плыла по ночному морю, ее оглаживала вода и мужские руки, и не было в душе незаполненной пустоты, и непонятно было, как же она жила раньше.

Черная ванная взорвалась цветными вспышками. Марина закричала и, откинувшись назад, почти потеряла сознание. Артур удержал ее.

* * *

Ей снились бабочки – несметное множество оживших цветов.

Разноцветные, легкие, они порхали над лугом, а Марина лежала в траве, закинув голову, и они садились на лоб, касались щек, лапками щекотали обнаженную шею. Был еще кто-то, она не могла повернуть голову, как ни старалась. Этот кто-то играл сосками, языком щекотал пупок, медленно опускался ниже.

А потом стало горячо, сладко, Марина вскрикнула. Когда она открыла глаза, сверху было лицо Артура. Он двигался мощными рывками. Заметив, что она проснулась, он остановился, поцеловал Марину в лоб:

– Доброе утро.

– Да, – простонала она, выгибаясь и помогая ему бедрами.

– Что?

– Не останавливайся.

Он ухмыльнулся, вышел, а вошел медленно-медленно.

– Не могу насладиться тобой, ты самая лучшая.

Марина обвила его шею руками, чтобы чувствовать его каждой клеточкой тела. И снова – головокружительный полет, и падение, и снова взлет.

А потом они лежали на огромной кровати: Марина – на животе, Артур – на боку, закинув на нее руку и ногу.