Шоферская жизнь Инки Журавлевой

Приятно было снова, после долгого ремонта, оказаться за рулем уже полюбившегося автомобиля. За месяц, предшествующий ремонту, Инка привыкла к габаритам Волги; она начала, как и учил ее Григорьев, чувствовать машину; и теперь с удвоенным азартом она изящно маневрировала в пробке между рядами автомобилей на своей широкой Волжанке, буквально на миллиметры разъезжаясь со встречными и попутными машинами.

Инка соскучилась за месяц и по своей любимой музыке. На обратном пути, проезжая мимо картонажной фабрики, она как раз меняла кассету в магнитофоне, когда увидела газелиста, машущего ей рукой.

Здесь, около картонажки, была стоянка марштутки шестидесятого номера. Девушка остановилась и открыла окно.

– У Вас сейчас колесо отвалится, – сообщил ей мужчина, – подъезжайте сюда, посмотрим.

Вылезшая из машины Инка с изумлением уставилась на болтающееся переднее правое колесо своего автомобиля. Из-за громкой музыки в салоне она и не услышала, как оно стучит. Шустрый газелист за десять минут подтянул болты и спросил у девушки:

– Как же Вас так угораздило?

– Я сегодня первый день с ремонта, – ответила Инна.

 – Наверное, слесаря не затянули.

– Вы проверяйте всегда за слесарями, в таких делах доверять только себе можно. Хорошо, здесь дорога плохая, и скорость у Вас маленькая была.

Девушка задумалась: «Действительно, если бы такой казус на большой скорости произошел, она могла бы разбиться». Всю дорогу Инка думала о недавнем происшествии, а уже въехав на завод, услышала спереди слева стук.

Выглянув в окно, она увидела, что болтается теперь левое переднее колесо. Подъехав к цеху, взбешенная девушка влетела в слесарку и накинулась на слесарей, обвиняя их в случившемся. Недолюбливающий ее старший слесарь Стас в ответ только посмеивался: «Сама виновата – не проверила».

Случай с колесами быстро облетел весь цех, и во вторник утром Инну, как виновницу произошедшего, заставили писать объяснительную. Возмущенная такой несправедливостью, девушка описала все как есть, во всех подробностях.

Сие повествование, уместившееся как раз на двух листах формата А4, она оставила в кабинете начальника колонны и уехала на линию. Кабинет Уварова обычно не закрывался; и любой из водителей в любое время мог зайти туда, чтобы взять нужную ему бумажку или просто посидеть и отдохнуть в ожидании начальника.

Вернувшись к концу обеда на завод, Инка с удивлением увидела, как на площадке за цехом Костик читает ее объяснительную собравшейся вокруг него толпе мужиков.