Цветочный код

Да, Сидней?

По пути в аэропорт она окончательно успокоилась – будь что будет, отдала себя на волю Всевышнего, перешла в режим наблюдателя. Ей стало легче. Жить бы так всегда, не теряя ощущения, что тебя ведут, не упускай только из виду разматывающийся клубок с путеводной нитью.

Она посмотрела в иллюминатор – безбрежная синь, они уже поднялись выше зоны облаков: «И все же, зачем ему это надо? Старческая сентиментальность?» Он был на восемь лет ее старше. «Ну, зачем старческая? Возрастная сентиментальность», – хмыкнув, поправила себя.

Много лет назад, отпустив его, она специально не следила за изгибами его жизненного пути, и все же, какие-то отрывочные сведения до нее долетали. После комсомольской карьеры в союзной республике, он всплыл на каких-то должностях уже в ЦК партии незадолго до того, как она приказала долго жить. Лет семь назад чекистский друг – генерал Петечка встретил в Москве на какой-то тусовке лялькиного друга. По петечкиным словам, тот выглядел процветающим.

Ляльку тема не интересовала, и она не задала ни одного наводящего вопроса, а, видя ее реакцию, и Петечка, как истинный чекист, не проронил лишнего. «Да я даже не представляю, как он выглядит. Почти тридцать лет прошло. Да мы не узнаем друг друга. Ну, если что, вернусь назад ближайшим рейсом, даже из аэропорта не двинусь».

Самолет коснулся посадочной полосы, и Лялька включила телефон. Почти сразу же раздался звонок:

– Извини, хотел встретить сам, но только что освободился.

Тебя ждет мой помощник. Он уже в аэропорту.

Она почему-то обрадовалась, что минута их встречи откладывается.

– Добро пожаловать, Елена Витальевна! Меня зовут Юрий. А это вам, – он протянул ей маленький букетик цветущих фиалок! В октябре! И она остолбенела настолько, что даже не спросила, как из толпы прилетевших пассажиров, он умудрился безошибочно вычислить ее. Любимые цветы не в сезон! Значит, помнит, не забыл.

Респектабельное авто неслось по московским шоссе и проспектам.

Юрий каким-то внутренним чутьем понял, что она в вежливой беседе ни о чем не нуждается, и Лялька с удовольствием смотрела по сторонам. День был, на удивление, солнечным. Ей нравилось все, что она видела: и огромный поток машин, и монументальные здания сталинской эпохи, и новые необычные сооружения «лужковской», а теперь уже «собянинской» Москвы, и, конечно, шедевры с многовековой историей.