Цветочный код

И оказывается, давняя связующая нить не порвалась, никуда не исчезла. С первой минуты они стали говорить так, словно расстались только вчера.

– Какая ты стала! – они сидели за коньячком, и он внимательно изучающе разглядывал ее, словно пытаясь понять, что в ней осталось от той, молодой Ляльки.

– Старая, ты хочешь сказать…

– Прекрати, ты же не настолько глупа, чтобы ожидать, что я скажу: «Ты не изменилась, и время над тобой не властно». Время есть время, но ты стала… – он выждал паузу, подбирая подходящее слово, – ты стала загадочной.

В тебе нет ничего лишнего.

Она не смогла скрыть удивления – так о ней никто еще не говорил.

– Да, да. И дело даже не в твоем аскетично-элегантном наряде, – Лялька была в черном брючном костюме с цветным нашейным платочком – как без этого. – Хотя в нем тоже – ты же его выбрала, и он очень идет тебе. В тебе всего в меру: косметики, парфюма, и даже то, что на тебе нет украшений – серег, колец, браслетов – тоже кстати. Хотя могла бы порадовать старика – хоть одну цацку из далекой молодости надеть.

– Ну, во-первых, не кокетничай, на старика ты не тянешь, а с твоими бриллиантами – отдельная история. Как-нибудь расскажу.

– Ты хочешь сказать, что их у тебя нет?

– Да, но ты не расстраивайся…

– Украли? – сочувственно спросил он.

– В некотором смысле. Они пошли в уплату долга, – Лялька понимала, что «украли» – это фатум, а расплата по долгам подаренными им драгоценностями – это форс-мажор, бросающий, как бы то ни было, тень на нее – не уберегла, пренебрегла памятью, не сочла возможным.

Она посчитала за благо сменить тему. – Слушай, я что, летела сюда, чтобы доложить о сохранности бриллиантов? Расскажи о себе, как живешь? Как семья? Люся, дочки? Внуки есть? Чем занимаешься?

– Нет-нет, давай о тебе. Что все же произошло?

– Произошла перестройка. Ты что, на другой планете жил? – она начала заводиться от такого допроса с пристрастием.

– Ну и… – объяснение его явно не удовлетворило.

– Коротко так. В период приватизации мы с одним комсомольским другом сначала «отжали» молкомбинат у директора. Знаешь же, выборы руководителя… Комсомольский друг работал главным технологом. Друг стал генеральным, а я исполнительным директором. Пахала на комбинате я. У того, помимо этого объекта был еще целый воз и маленькая тележка. Он – парень ловкий, много подобрал, что под ногами валялось, – в ее голосе прозвучали откровенно саркастические нотки.