Голь перекатная. Книга стихов

Даже алтарь осквернили ахейцы,

Ныне рабы – все былые пророки.

Троя, мой милый! Разрушены храмы,

Ветер приносит песок из пустыни.

Слёзы Гекубы, страданья Приама

В честь светлоокой Паллады Афины.

Троя, мой милый! Костёр Ахиллеса.

К смерти плывёт гордый царь Агамемнон.

Ныне свершилася воля Зевеса,

Слава героям – и слава бессмертным.

    23.06.2004

Сожжённый город

Запах гари въедается в кожу,

В волосах – клочья серого пепла.

В этом городе нету прохожих,

В этом городе боги ослепли.

Дым пожаров летит над домами

И испуганно воют собаки.

Хруст углей под моими ногами.

Мародёры, убитые в драке.

Чьи-то храмы с обломками статуй.

Старый жрец на алтарных ступенях.

Своей смертью Ареса порадуй!

Дым пожаров. Агония. Пепел.

Запах горя въедается в кожу.

Горечь в горле, удушливый кашель.

Здесь уже никому не поможешь.

Мёртвый город. Дым, пепел и сажа.

    20—22.08.2004

Анчар

Средь горных круч в недальней стороне

Раскинулась цветущая долина,

При Солнце хороша и при Луне,

Там жители прекрасны и невинны.

На этом месте прежде рос анчар,

Своим дыханьем отравив долину,

Делясь великолепьем смертных чар

Сполна со всеми, не наполовину.

Вокруг него земля была мертва

И в пышных ветвях не гнездились птицы,

Сюда не забредали божества

И даже дождь не смел сюда пролиться.

И пеплом становилось всё вокруг;

В листве анчара насыщался ветер

Могучим ядом; сеятелем мук

Летел он дальше, более не светел.

Летела гибель от его цветов

На ближние и дальние селенья;

Их аромат был чуден, но суров,

И от него не знали исцеленья.

И стал тот край вместилищем легенд,

В обход долины путники шагали,

Десятки лет никто из них не смел

Пересекать тропой юдоль печали.

Никто спасенья от беды не знал,

И колдуны, свои творя заклятья,

Анчара сок не капали в отвар,

Боясь лишь смерти – вовсе не проклятья.

Так посредине выжженной земли,

Не ведая раскаянья и боли,

Стоят на поле битвы короли —

Так и анчар стоял на смертном поле.

Но злу на свете тоже есть предел,

И стало чахнуть гибельное древо;

В урочный час последний лист слетел —

И старый маг вошёл в долину смело.

Едва дыша, он свой разжёг костёр —

И запылали ярко ствол и ветви.

Сидел волшебник, свой потупя взор;

От глаз его и звёзды бы померкли.