Одиночество зверя

Последние знают меру и понимают – неправду следует использовать лишь изредка, как оружие или воровскую фомку. Нельзя же постоянно ходить по улицам и стрелять в разные стороны – если на дворе нет революции, долго такое развлечение не продлится. Так зачем же она солгала про одноклассниц? Словно кто-то толкнул её, вдруг встала и без всяких сомнений и размышлений выдала свою самоотверженную тираду. Прогульщицы ведь сами могли потом заявить о своём чистосердечном неведении и даже с большой вероятностью выпутаться из ситуации без сложных последствий.

Да и какие могли бы последствия? Подумаешь, урок прогуляли. Неуд за поведение в четверти, и то вряд ли. Непрошеное самопожертвование, лишённое самого предмета жертвы, превращается в смешную выходку и попытку подлизаться. Попытку неудачную, ведь спасённые от несуществующей угрозы не откликнулись на призыв, остались чужими и холодными. Наташа не подошла к ним и не попыталась сблизиться, они по-прежнему не обращали на неё внимания, осталось только странное впечатление оперетты наяву. Словно бегают по сцене люди на глазах у зрительного зала, поют весёлые песенки и шутят, публика смеётся и аплодирует, а исполнители сохраняют в целости и сохранности все свои сложные отношения друг с другом – с завистью, дружбой, любовью, желанием уничтожить и развести руками чужую беду.

Оставив в раковине грязную посуду, Наташа отправилась в душ и стояла под струями горячей воды, наслаждаясь каждым мгновением. Таинство омовения тоже занимало порой её мысли. Почему простое мытьё в ванной доставляет такое удовольствие? Ведь намокнуть в одежде под дождём, даже тёплым, – ужасно.

Купание на пляже или в бассейне тоже выпадает из магических законов – мешает обилие соучастников, неизвестно насколько тщательно помывшихся и неизвестно чем занимающихся в воде. Волшебство кроется именно в сочетании уединения, тепла, наготы и чистой воды. Вопреки утверждениям персонажей великой кинокомедии о последствиях новогоднего похода в баню, именно отдельная ванная создаёт из стандартной гигиенической процедуры иллюзию возвышенного религиозного обряда. Ты наедине с собой, в тишине равномерного шума воды, со своими представлениями о жизни, долге, о будущем и прошлом, напеваешь шлягер или насвистываешь мелодию, чего никогда не делаешь в другое время в другом месте, и оказываешься перед незримой высшей силой той, кто ты есть на самом деле, не притворившаяся более значительной, успешной или удачливой, и выходишь из ванны очищенной.