Путешествие с закрытыми глазами

Потому что ледяную корочку на лужах многократно давят и ломают сапогами и ботинками, и она снова застывает – до нового прохожего.

Кузьмич с тоской смотрел на Анин стол, сидя за которым она с горящими глазами шурудила что-то в компьютере.

– Аня, сколько еще примерно? – тихонечко, но решительно спросил Антон. Он разрывался: нужно ехать в типографию, чтобы сделать к утру тридцать цветных буклетов, а поезд с посылкой из Санкт-Петербурга неумолимо приближался, и, кроме него, встретить эту чертову посылку от матушки было некому.

– Да, Антошик, совсем скоро, еще пять минут. Мне не нравится вот этот визуальный ряд – в варианте «Б», и еще я жду подтверждения даты совместной акции с «Космополитеном». Не хочется вписывать потом от руки. Они обещали до одиннадцати ответить, уже скоро. Я пока картиночки поправлю.

Антон застонал. Становилось очевидным, что заехать в типографию перед поездом он не успеет.

– Аня. Аня… Я больше не могу ждать. Я должен ехать.

Аня разом перестала молотить по клавишам и удивленно уставилась на Антона.

– Уехать?

– Ну да… Мне поезд надо встретить…

– Слушай, ну пусть человек такси возьмет. Не каждый день сдаем проект. У тебя это первый проект в компании, между прочим.

– Да некому там такси брать. Посылку мне надо встретить. Не будут проводники мне на такси посылки возить.

– Посылку? А что там? Лекарства? Документы? Что-то срочное?

Антон начал заливаться краской.

– Мама отправила. Дневным поездом. Что-то там из погреба набрала. Капуста там, огурчики. Домашние…

Антон еще гуще покраснел, смущенно улыбнулся, поправил очки.

Аня сидела, разинув рот. Если бы она ела, пожалуй, она бы поперхнулась. Но нет, обошлось.

– Капуста… Понятно. Давай координаты типографии. Я сама съезжу…

– Слушай, ты только отвези им макет, а я посылку возьму и сразу к тебе, чтобы тебе не тащить тяжесть.

– Посмотрим. Давай телефон и адрес.

Антон переслал данные по почте. Помялся еще немного. Действительно, совсем некстати была эта посылка. Но как это объяснить матери? А бросить посылку у проводников – узнает мать, обидится… Нехорошо. Антон взглянул еще раз на Аню, потом на часы и побежал на вокзал.

* * *

Время, как известно, уходит безвозвратно. Вот и для Антона оно ушло, утекло, растаяло. Он бежал по замерзшим лужам в ботиночках на тонкой подошве, в офисных таких.