Офицеры. Книга третья. За гранью

– Вот, зараза! – Федька сильно огорчился, обнаружив, что сейф на наличие спиртного оказался издевательски пуст.

Развалившийся в скромно стоявшем в уголочке стареньком скособоченном кресле, Лебедев пьяно икнул и озадаченно моргнул:

– Чего ты меня звал, а?

Складской начальник, нахмурив брови, выставил перед собой указательный перст:

– Семен, все под контролем!

Оставив дружка одного, Степаненко поспешно, насколько ему позволяли подкашивающиеся ноги, засеменил к боксам с техникой.

– Стой! – прапорщик с ходу уперся в шагающего ему навстречу старшего лейтенанта Иванюка.

 – Петька, гони бутылку! Ты мне должен! Забыл, что на полигоне за гильзы не отчитался…

Минут через десять дверь на складе надежно заперлась ото всех любопытствующих прохожих с внутренней стороны.

– Наливай! – Федька оживленно потер ладони.

Опрокинув в себя противно попахивающую жидкость – немцы водку так и не учились толком гнать, Иванюк блаженно прикрыл глаза. Тепло потекло по кишкам, отошли в сторону дурные мысли о том, что ночью опять поссорился с женой, поднял на нее руку…

Мимо склада прошли замполит и комсомолец полка.

Толкнули дверь, но она не поддалась. Подполковник Шубников махнул рукой и двинулся дальше. Его больше интересовало то, как организовали перевод техники на весенне-летнюю эксплуатацию. Приказом по части на этот период бойцам выдавался дополнительный паек. В него входили хлеб, сало, конфеты…

Желающих наложить руку на то, что долженствовало дойти до солдата, всегда находилось немало, и замполит пытался отследить всю цепочку от продовольственного склада до солдатского стола…

В отличие от замполита Баталова занимали другие мысли.

Ему все не давал покоя один из его сокурсников, Валишев…

А Валишев в Потсдаме в последнее время давно не появлялся, целыми днями безвылазно пропадал в парке. Боевую технику в артполку избавляли от полигонной грязи. Гусеницы снимали с катков и тонким слоем покрывали смолой, гудронировали, чтобы те густо не ржавели, пока машины стоят на длительном приколе.

Куда ни посмотри, всюду работы непочатый край. Отдраивая вооружение, одновременно они готовились к очередной проверке. Облезшую местами за зиму технику подкрашивали, подмазывали.

«Двадцатку» Рэма заново покрыли снаружи зеленой защитной расцветкой, а внутри все окрасили в ослепительно белый колер. Там, где полагается, навели строгие красные линии и подправили надписи.