Простор последнего полёта. Книга стихо-творений

Закатилась звезда, потухая,

Оборвав светозарную нить.

Ту звезду ищет птица ночная,

Чтобы в сердце моём поселить.

Полуночные думы отравой

Переполнили сердце и грудь.

Птица канула в горькие травы,

Где звезда мне означила путь.

И теперь, и сегодня, и прежде…

Бьётся птица в порожней траве.

Сколько боли в последней надежде!

Сколько воли в помятом крыле!

Общежитие на Моршанском шоссе

Геннадию Сокрушаеву

Проживал здесь народец отпетый,

Заводской и фабричный народ…

Городская окраина, где ты?

От железных ворот – поворот!

Мне встречаться с тобой расхотелось.

Что ж над памятью сердцем стенать?!

А, бывало, смеялось и пелось

В этих нищих барачных стенах.

Эти стены мне снятся и снятся,

Застят свет, громоздясь по ночам.

Неудачное место для счастья,

Но мы счастливы были и там.

Нипочём не уйти от погони

Тех годов, где твои и мои…

Юность мчится в горящем вагоне,

И нельзя повернуть с колеи.

Олегу Алёшину

Наверно, вызван мой рассказ

Метаморфозами природы…

В краю зимы и непогоды,

Я пересчитываю годы,

И удивляюсь каждый раз.

В рубашке тесной нараспах

С ватагой сверстников отпетых,

Девичьим взглядом обогретый,

И я ходил вначале лета

С улыбкой счастья на губах.

Какие песни я певал!

Нахрапом шёл по бездорожью,

И неземной объятый дрожью,

В груди высокой искру Божью

Я алкоголем заливал.

Какие песни я певал!

Теперь под эти песни плачу,

И запоздалую удачу,

Как от рубля пустую сдачу,

Рукой отчаянно ловлю.

Ещё я женщину люблю,

Как любит птица край обрыва,

Где от воздушного порыва

Она ложиться на крыло.

– Всё суета и ловля ветра! —

Сказал оттуда мне отец —

А птица, сын мой, для помёта

И мне открылся, наконец

Простор последнего полёта.

Стихи о Тамбове

На лице азиатская мета,

И славянская грусть на лице.

Пламя белое знойного лета,

Божий храм в золотистом венце.

Погуляет душа на просторе!

Во все стороны синяя гладь…

Далеко тебе, город, до моря,

А до поля – рукою подать.

Ты любовью мне сердце поранил.

Приворотным вином опоил…

Тянут в небо подъёмные краны

Журавлиные шеи свои.

Птицы спрятали в дупла свирели,

И у лета на самом краю

По обычаям русским присели

Перед дальней дорогой на юг.