Театральные сказки. режиссёрам в помощь

Чего ещё доказывать?

ФОМА – А я вот кликну сюда сейчас нашего пёсика Барбосика. (Бежит к окну и в него кричит.) Барбоска! (Присвистывает) А ну, быстро ко мне бегом! Нужно тут с одной Муркой разобраться.

ЕМЕЛЬЯН – (В сердцах машет рукой) Ладно, Фома, ты с кошками разбирайся, а мы с девицей нашей, которая Мышка, пойдём с коровой Зорькой разберёмся. Пойдём, Мышенька! Мне смотреть противно, как мой сын от чудес шарахается.

Емельян и Мышка уходят.

МУРКА – Да ты, сосед, не трясись. Мне и самой непривычно, что я вот так с вами общаюсь.

Я же с людями привыкла по-другому. Где селёдку сопру, где сардельку. А теперь прямо и стыдно за всё это, хочется извинения просить.

Сцена четвёртая

Появляется Барбоска – в человеческом обличие.

БАРБОС – (Видит кошку в человеческом образе и страшно поражён) Вот те раз! Кошка по-человечьи говорит… (Удивляетсясвоим словам) Вот те два… Я и сам – говорю как человек. Ничего не понимаю… Как говорит сосед дядя Вася – ситуация подозрительная. Интересно, а петь я смогу? (Пытается запеть.

) Я встретил вас и всё такое… Получается!!! Вот только дальше я слова забыл!

От страха перед говорящим Барбоской Фома залезает под стол.

МУРКА – Ну ладно, ладно… Очумел совсем, блохастый! Тебя вон, хозяин звал.

БАРБОС – Хозяин? Это какой такой хозяин? Не люблю я этого слова – «хозяин». Как говорит дядя Гриша, ну, – который живёт через дом – всех хозяев истребили ещё в одна тысяча девятьсот семнадцатом году, но буржуев осталось много.

ФОМА – (Выглядывая из-под стола) Эй, гражданин, а вы – кто?

БАРБОС – Мы – кто? Мы-то, понятно кто. Мы – собачка Барбос, и неплохая, между прочим, собачка. А вот ты, Фома, знаешь ты кто?

ФОМА – Кто?

БАРБОС – Ты – нехороший человек.

МУРКА – Ты, Барбоска, полегче… Полегче…

БАРБОС – А чего – полегче? Он меня, между прочим, постоянно костью дразнит, и палкой бьёт. А я ему за это правдой служу. Я ему такие песни по ночам пою! (Воет) Вот, порой, пою песню и думаю – вот стать бы человеком! Я бы тогда, перво-наперво Фому из дома выгнал.

ФОМА – Да ну?

БАРБОС – И вот, кажись, наконец-то, я – человек! Ну, Фома, прощайся с домом…

ФОМА – Чего?

БАРБОС – Того… Того, говорю. Всё, Фома, лишаю я тебя твоего наследства в свою пользу. Станем мы теперь с Емельяном Понкратичем вдвоём жить – душа в душу. Он мужик мировой, в чудеса верит как ребёнок. Опять же – сказок знает много.

МУРКА – Ты Барбоска, мечтать-то мечтай, да нос не задирай.