Варварино счастье. Том III. Из завтра – во вчера…

Всю ночь Яффа не спала. Она сидела у кровати мужа. Она сумела его вечером даже напоить бульоном. Он еще тяжело дышал, но было видно, что хуже ему не становится. Это вселяло надежду. Муж начинал засыпать, тогда Яффа шла в другую комнату, где лежал больной крестоносец. Как только он слышал ее приближающиеся шаги, тут же пытался встать и все что-то говорил на своем языке. Теперь она рассмотрела его получше. Он был совсем молодым, почти еще мальчишка. Зачем же таких берут на войну?

И у Яффы злость постепенно таяла и превращалась в сочувствие этому больному мальчику, у которого повреждена правая нога и левая рука ранена.

Это его ранил Хадас. Так поняла Яффа. Она попросила Всевышнего показать ей картину боя, и тотчас увидела все в деталях. Конечно, Хадас защищался и правильно делал.

На него напали несколько человек. Некоторых он обезвредил выстрелами. А двое побежали от него. Он пытался догнать их и прикончить тоже, но тут неожиданно открылось ущелье, которого не видел и сам Хадас и не видели убегающие его противники.

Хадас на ходу выстрелил. Попал одному из убегавших в руку. Оба парня упали в обрыв, а за ними туда же упал и Хадас. А этот парень махал шашкой направо-налево, и задел Хадаса. Хорошо, что рана не смертельной оказалась.

И когда в очередной раз раненый парень пытался поцеловать ей руку, очевидно, просил прощения у нее на своем языке, он был многословен и там часто упоминалось слово мамма, Яффа просто погладила его по голове и сказала:

– Спи, спи! – И как маленькому закрыла ему глазки.

Погладила по лбу, потом спустилась к глазам и пальцами прикрыла ему веки.

Он, видно, все понял, что его простили. Он-то просил прощения у Яффы не за то, что ранил ее мужа, а за тот факт, что он пришел убивать этих людей, а они же его не убили, и даже спасли, перевязали и принесли сюда. А еще он услышал, что в соседней комнате стонет мужчина и понял, что тут не он один пострадавший.

Так у Яффы прошла беспокойная ночь. Но ни на секунду она не забывала о сыне.

Она постоянно посылала ему сигналы, и только один раз получила ответ, что он жив.

Почему-то только в этот момент она могла позволить себе поплакать от души.

Она думала, что никто не видит ее слез, но молодой крестоносец видел слезы женщины, он понимал, что она плачет из-за своих мужчин, а не из-за него. А он – один из тех, кто принес смерть в этот город. И парень сам заплакал. Но Яффа стояла спиной к парню и не видела его слез.