Варварино счастье. Том III. Из завтра – во вчера…

Но теперь он чувствовал себя значительно лучше. А сейчас когда он увидел перед собой еще в сущности мальчишку, а не зрелого воина, который шел в бой за принципы, вполне сознательно, как вот Хадас, например. А этот мальчик мог прибыть даже и не по своей воле.

Хадас просто стоял и смотрел на Вито, ничего не предпринимая и не делая никаких жестов. Тем больше волновался Вито. И Хадас это понял. Он просто подошел к парню и положил руку на его плечо. Вито сидел, не шевелясь. Потом Хадас неожиданно для себя погладил парня по голове и вышел из комнаты.

Он и сам не понимал, откуда такое чувство сострадания к чужому человеку, да еще и причинившему вред его здоровью. Но что толку было бы от его гнева? Никакого!

С чувством благодарности подумал о своей жене. Ведь она знала, что ухаживает за человеком, который ранил ее мужа. Но она выхаживала этого мальчика и проявляла о них обоих одинаковую заботу. И он даже слышал из своей комнаты, как Яффа что-то говорила парню, он отвечал ей, и слышался ее смех. Он не понимал, как они объясняются, на каком языке.

И вот сейчас догадался, это язык души и сердца позволял им говорить что-то на разных языках и понимать друг друга.

Все-таки добрая душа у его Яффы. Сколько лет они вместе, и он каждый раз открывает в ней что-то новое и хорошее.

На следующий день Яффа решила своих выздоравливающих посадить за один стол и позавтракать вместе. Вито еще прихрамывал и опирался на палку, а Хадас не делал резких движений, дышал аккуратно и придерживал грудь рукой, как будто защищая свое тело.

Яффа показала рукой в сторону мужа, сказала одно слово, глядя на Вито: Хадас. Вито закивал головой. Он понял. А Яффа теперь представила мужу парня и тоже произнесла:

– Вито.

Мужчины кивнули друг другу, и Вито улыбнулся. Он смотрел так виновато в глаза хозяина дома, в его глазах даже мелькнули слезы, и он встал из-за стола, склонил голову и низко-низко поклонился Хадасу.

Видимо, так много было сказано этим жестом, что Хадас тоже встал из-за стола, подошел к Вито и обнял его.

У парня вырвалось из горла сдерживаемое рыдание, он тоже обнял Хадаса и сквозь рыдания сказал на иврите: Ани мевакеш лислоах… (Я прошу простить меня). Яффа тоже не могла сдержать слез и подошла к ним двоим и обоих обняла и сказала мужу:

– Это я научила его первым словам на иврите. Он сам попросил меня об этом. Да, он уже знает много слов на иврите. Он хочет быть полезным иудеям в их борьбе за свою независимость. Ну, давайте, мужчины, садитесь за стол.