Революция 2017. Предвидение

– Значит, он все-таки начался, несмотря на запрет?

– Как сказать. Площадь оцеплена приезжими опоновцами со щитами. Всех, приближавшихся к ним они избивают дубинками. Но люди все прибывают, пока только городские. Колхозников, как мне доложили мои бойцы, не пропускают в город. Там тоже их избивают. Самое страшное, что защитить людей некому. У моих бойцов, включая ОМОН, оружие, как тогда отобрали, так и не вернули. Официально они не уволены, проходят проверку на лояльность, о результатах которой не имеют представления.

Сказали, объявят, кого оставят, а кого уволят, после проверки всех. Меня одного сразу отправили в отставку. Я старик, мне пора на пенсию. А им до нее еще долго, если уволят, на что жить? Но все равно спрашивают сейчас у меня, что им делать, идти на митинг или нет. А что я посоветую? Наплевать на работу? Сказал, решайте сами, идти вам или нет, быть с народом или нет. Но сам я, сказал, пойду, потому что не могу допустить избиение народа.

– А я, значит, могу, так, Геннадий Борисович?

Безусяк вдруг перешел на крик:

– Тебе сейчас ни в коем случае нельзя высовываться! Тебе что, не сказали, что твои фотографии имеются у каждого полицая и опоновца, не считая фээсбэшников.

Им надо отработать твою характеристику Президентом. Так, что сиди и не рыпайся. Я все сделаю за тебя! А ты сиди! И домой один не езжай на своей машине. А поедешь с кем, как-нибудь загримируйся. Все. Разговор закончен. Я тебе позвоню.

Выйдя в час обедать, Верхов не увидел в коридоре ни одного человека. Он заглянул в несколько служебных комнат и отметил, что все они были пусты.

Заглянув в приемную, он спросил у секретаря Зины, где все люди.

– Так они все же на митинге, Константин Алексеевич.

– А Виктор Васильевич?

– Тоже там. Одна я, как дура, сижу.

– Не одна. Я тоже, как дурак, один сижу

– Вам нельзя туда. Виктор Васильевич мне строго-настрого велел за вами следить и никуда не отпускать, только домой.

– Тогда я пошел домой.

– Вы меня не обманете?

Верхов оглядел молоденькую и пухленькую в его вкусе Зину и улыбнулся.

– Честно? Вас, Зиночка, я бы обманул с большим удовольствием.

Глядя на смутившуюся девушку, он вдруг увидел сидевшую на полу Елену Николаевну и державшую на коленях залитую кровью голову Пети. Это она привела Зину перед уходом на пенсию. И не ошиблась. Зина оказалась такой же сообразительной и исполнительной, и Верхов был уверен, такой же отважной в нужный момент.

***

Он быстрыми шагами направился в столовую.