Революция 2017. Предвидение

 – Он поднялся и стал вылезать из-за столика, чтобы попросить у Зины градусник.

Тут в кабинет как-то нерешительно вошла она сама, и остановилась, опустив голову, не дойдя до них. Они успели заметить, что ее румяное лицо было покрыто белыми пятнами.

– Узнала? – не сразу спросил Хохлов.

Она молча кивнула. Верхову стало нехорошо.

– Ну? – тихо и нервно спросил Хохлов.

– Сказали, умер, – прошептала Зина.

У Верхова моментально выступили слезы. Он пальцем смахнул их и медленно опустился на стул, глядя на директора.

Рука того опустилась на столик, расплескав водку, и он пальцами стал вытирать столик.

Верхов опять поднялся и, подойдя к Зине, попросил ее принести градусник.

Вернувшись на место, Верхов поднял свою рюмку, дождался, когда Хохлов взял свою, и они выпили, не чокаясь.

– Он мне был, как отец, – проговорил Верхов.

Вошедшая Зина с укором посмотрела на пустую рюмку Хохлова. Он послушно взял градусник и воткнул подмышку.

– Еще одна пенсионерка умерли, – сказала Зина. – Всего в больницу привезли шестьдесят два человека.

– Это ты для того говоришь, чтобы у меня поднялась температура? – разозлился Хохлов.

– Нет, не для этого, а для того, чтобы ехали домой и больше не пили, – возразила Зина и решительно сжала губы.

– Ты еще поучи меня. Лучше скажи Степану, чтобы подготовил машину.

Температура оказалась внушительной для возраста Хохлова: свыше тридцати девяти. Врач медпункта, осмотрев его, сказала с упреком:

– Я же велела вам ехать домой и соблюдать постельный режим с обязательным приемом лекарств, которые выписала.

Такая высокая температура не от локтя, а от сотрясения мозга. А с этим не шутят.

Врач сама повезла Хохлова на «Скорой», чтобы дать указания жене. Верхов поехал с ними, попросив врача заехать по пути в аптеку за нужными лекарствами.

На завод он вернулся также на «Скорой» и стал ожидать приезда или звонка Коли. Самым неприятным было то, что не у кого было узнать, чем закончилась попытка освобождения задержанных во Дворце Культуры и в «Луче».

А главное, удалась ли она.

***

Организаторы газовой атаки, увидев лежащими неподвижно больше двадцати тел, поняли, что слегка переборщили с наказанием митингующих. Первым пришел к такому выводу сам Алтухин, наблюдавший происходившее на площади из разбитого водометной струей окна своего кабинета.

– Что будем делать, если кто-нибудь из них умрет? – спросил он Щербину. – Слышите вой сирены? Очевидно, кто-то постарался вызвать ее.

– Ясно, кто.