Точка равновесия

А дрова, ой, нет, бараны, ой, опять не то, как же их? Ах да, пассажиры! Они забивают вагоны довольно плотно, а их количество достигает целой тысячи, извиняюсь, голов на один состав. На некоторых линиях количество голов достигает тысячи двухсот.

На моей линии полная автоматика: поезд сам разгоняется, сам тормозит, сам двери открывает. Зачем машинист? Чтобы всё работало, конечно же. Хотя в Европе подавно сотни поездов без оперативного человеческого контроля бегают. И мы к тому придём, а пока, я читаю книги, развалившись в кресле машиниста.

Вперёд смотреть необязательно, там нет ничего интересного. За несколько лет постоянного движения туда-сюда успеваешь изучить всё внутреннее убранство «трубы», так ласково называют тоннель, а также каждый поворот или уклон.

Совсем забыл, мне ещё один раз надо на кнопку нажать после комментария: «Осторожно! Двери закрываются». Таким образом, можно реализовать чувство превосходства над стальной машиной: «А не нажму, двери не закроются, и ты, колымага, никуда не поедешь». Машинист самый ленивый высокооплачиваемый субъект.

Существовали и исключения в нашей среде, но я считал это патологией тех, кому кроме работы заняться нечем.

– Вы одной ногой в тюйме, – картавил, пытаясь запугать кадетов, заместитель начальника метрополитена, когда в торжественной обстановке нашему выпуску вручались «права управления».

– Через три-четыре года у вас вместо лёгких будет маленький, металлический каркасик, – вторил ему бывший начальник метрополитена. Вся таблица Менделеева в подземном воздухе как-никак.

– Машинисты на пенсии обычно больше пяти лет не живут, – радовал своих подопечных заместитель начальника депо.

Почти всё так, и я в этом лично и очень скоро убедился. После рабочей смены из носа можно высморкать достаточно чёрных соплей, чтобы уразуметь правоту жизнеутверждающих напутствий. В моём выпуске также «повезло» некоторым испытать чувство, когда ты понимаешь, что сейчас переедешь человека. Состав мгновенно остановить невозможно, посему ты вынужден просто смотреть и чувствовать перемалываемое твоей машиной тело.

Но хватит о грустном.

– Маугли, дверь открой, – я улыбнулся.

Мой тезка Алексей поднялся с кресла и открыл дверь в кабину голубого экспресса. Устроившись на боковой сидушке, которых в кабине машиниста аж две, я некоторое время молча сидел и смотрел на пульт.

– Чего залип?[4 - «Залип» – выражение чисто электротехническое и подразумевает залипший контакт на реле и т. п.]

– Да так, не важно, устал просто.