Точка равновесия

Рыбалки мы хлебнули по самое не балуйся. Дождь, ветер. Лодку постоянно сносило к берегу. Два недоумка-спиннингиста пытаются в такую непогоду выманить хищника из спокойных, уютных глубин. Неудачники. У берега ловить нечего, озеро Валдай в прибрежной полосе повсеместно заросло травой и камышом.

– Щука, наверное, смотрит на тебя и смеётся, – подмигнул мне Пашка.

«Ещё издевается – змей»

– Ты-то чем лучше? Или вы заранее с ней сговорились? – я сделал ещё один заброс. Воблер ушёл на глубину, и в очередной раз вернулся в одиночестве.

«В первый раз он закинул невод, пришел невод с одною тиной», – вспомнил хмурый ловец сказку о рыбаке и рыбке. Но, в отличие от сказки, несколько сотен забросов не принесли результата. Мы меняли дислокацию, меняли снасти: несколько десятков вертушек и блёсен – бесполезно.

– Ладно, мне всё понятно, давай к берегу, – картинно сплюнув, я начал сматывать удочки – главное ведь впереди.

В такое ненастье ехать в незнакомую местность может только рыболовный маньяк – мы к данной породе не относились.

Пашкина родня умыла, обогрела, накормила несостоявшихся добытчиков, и, после телесной перезагрузки, было принято решение идти на пикник. Вокруг ранняя осень, жаркий сентябрь уже заканчивался, температура за бортом 11 градусов тепла.

Дождь к вечеру стих, в воздухе висела невидимая плотная взвесь, со временем превращавшая волосы в газонную травку, покрытую утренней росой. Пашка, на правах местного гида, выбрал небольшую полянку с пнями рядом с берегом и отправился за дровами.

Я в определённом смысле гость, мне ничего не надо делать. Дыши Алексей, где ещё такой воздух?

Через час пламя костра уже вздымалось над землей. Самогон, выгнанный мной лично, почищенный мной лично, разведённый специально подготовленной водой до 45 градусов, работал заодно с костром. Довольные просохшие туристы рубили дрова, вечер складывался по плану. На рыбу надейся, а сам не плошай.

«Дай я рубану», – меня качало, но пьяные силы рвались навстречу подвигам.

В итоге, разрубив свой ботинок, хорошо, что не ногу, бухой дровосек поуспокоился.

Самогон – не водка, если приготовлен правильно, то мягко и долго греет, а объятия его, словно объятия любимой женщины. Литр незаметно и неожиданно закончился, начались задушевные разговоры о прекрасных дамах, а также за жизнь и философию.

Павел изложил свой взгляд на окружающий мир и передал мне эстафету:

– Что ты обо всём этом думаешь? – вопрошал Павел.