Обычные дни. книга о чудесах

Он был директором и по совместительству промоутером одного подающего надежды клуба, открытие которого должно было состояться, если не ошибаюсь, сегодня.

– Привет, дружище! Сколько Лен, сколько Зин! – он широко улыбнулся и протянул мне свою ладонь.

– Да, немало… Сам как? – я постарался улыбнуться не менее широко, местами даже шире и поймал его руку.

– Ничего, кручусь потихонечку. Слушай, я ведь к тебе по делу!

– Да ты по-другому и не заходишь.

– Ну, прости, прости. Я обещаю исправиться!

– Да ладно, брось! Выкладывай, с чем на этот раз притащился.

– Наверное, ты уже в курсе, сегодня я, наконец, открываю свою забегаловку…

– Угу, забегаловку стоимостью так примерно в 7 лимонов евро.

– Да, около того. Так вот, к делу. Я хочу, чтобы открытие «Окон с мезонином» было освещено грамотно и красиво. Я не знаю никого, кто бы мог сделать это лучше тебя.

– Ты очень явно и нахально подмазываешься…

– Ты что, я говорю правду и только правду! Серьезно, я хочу, чтобы после открытия в вашей газете была шикарная статья и под ней стояла твоя фамилия.

Хоккей?

– А на бесплатные коктейли и VIP-места я могу рассчитывать?

– И не мечтай… – Дима неожиданно противно засмеялся, видимо довольный своей шуткой. – Конечно, ты самый почётный гость из всех самых почётных гостей. Всегда.

– Тогда хоккей.

Мы пожали друг другу руки, попрощались, и он ушёл. Взглянув на часы, я решил, что уже довольно потрудился, и пришло время законного обеденного перерыва. В животе неприятно заурчало, окончательно убедив меня в правильности своего решения.

Я взял пиджак, но, взглянув в окно, вспомнил, что сегодня нереально жарко и вновь повесил его на спинку кожаного стула.

Вышел на улицу, и в лицо мне ударил жаркий сентябрьский воздух. Стараясь не захлебнуться им, я начал часто дышать, но легкие, наполняемые раскалённым, знойным кислородом, отказывались работать. У меня закружилась голова, но вскоре организм пришёл в норму. Лёгкие поняли, что другого кислорода в наличии нет, и перестали капризничать.

Невдалеке в лёгком, открытом и очень соблазнительном платье одиноко стояла Пэрис Хилтон и пожирала меня взглядом. Бросив в её сторону небрежный взгляд, вставив в уши наушники, в которых уместились «Fisherspooner» со своим новым детищем, я зашагал в сторону кафе.

В это время суток обычно совсем немного народу, и меня это несказанно радует – можно спокойно посидеть в тишине и не слушать бесконечные дурацкие разговоры сидящих за соседними столиками людей.