Первичность ощущений. Песни, стихи и сказки

– Э-э-э… Ваше величество, победителем объявлен наш гость, поэт-модернист Декольтини, – подсказал Главный критик Кляузиус, а королева Амальгама еще чаще замахала веером.

Поэт-модернист Декольтини привстал с врученного ему именного унитаза и поклонился присутствующим под бурные и продолжительные аплодисменты.

– Ваше величество, – сказал снова Антуан Нонсенс, – не соблаговолите ли вы услышать лично выступления всех этих достославных мастеров?

– Нет, нет, казнить, казнить! – крикнула королева Амальгама, покраснев от досады.

– Ну конечно, казнить! Ну, сколько можно тянуть? – закричали гости.

– Для того, чтобы восторжествовала истина, ха-ха! – расхохотался Главный критик Кляузиус.

– Ну, Гамочка, давай послушаем, – сказал король Апогей Первый, – мне это весьма любопытно.

Гости выжидательно замолчали.

– Нет! – заупрямилась королева Амальгама. – Вот казним, тогда послушаем.

– Ну зачем нам портить себе настроение и пищеварение до кучи перед чтением стихов? – поморщился король Апогей первый.

 – Тем более, так сказать, последнее желание приговоренного… А?

Гости осторожно захлопали.

– Э-э-э… Пусть, Ваше величество, это будут показательные выступления, – подсказал Главный распорядитель Террариум.

Королева Амальгама подумала, надув губки, и согласилась.

Гости закричали «Виват!»

Главный Распорядитель Террариум стукнул в пол палкой с набалдашником, выкрашенной под бронзу, Главный музыкант де Триоль взмахнул оркестрантам дирижерской палочкой, раздались чарующие звуки любимого произ…

– Стоп, стоп! – замахал руками король Апогей Первый и даже привстал с трона.

 – Опять этот мужицкий вальс? Фи! Отстали от моды, стыд и срам! Сыграйте что-нибудь поновее – хоть что-нибудь аллейное, что ли…

Главный музыкант де Триоль перелистал все свои партитуры, потом отложил их в сторону, долго внушая, напевая и насвистывая что-то своим подчиненным. Оркестр с трудом преодолел первые такты «Миллиона алых роз» и сконфуженно замолчал. Де Триоль, меняя на лице все цвета радуги, упорхнул разыскивать партитуру.

– Ну-с, начинайте же! – нетерпеливо сказал король Апогей Первый и пробормотал под нос: – О боже, какая провинция…

На середину зала вышел поэт Дрозофилл. Он упал на одно колено, откинул назад прядь волос со лба и пропел:

Посмотришь вправо,

Найдешь оконце,

Посмотришь влево —

Ах, я неправый,

О, королева, —

Вы вместо солнца!

И не успели присутствующие зааплодировать, как случилось нечто невероятное.