Поиски потерянного храма

И, представляешь! Ну, ни капли! —

Там нет ни страха, ни тоски,

и нет заботы, нет волненья,

а как ещё, средь умиленья,

такой небесной красоты.

Я рядом шёл, не смея просто,

о чём-нибудь его спросить,

а он, как бы читая мысли,

меня не думал торопить.

В глазах его, как бель туманных,

не видно было ничего, а рот его,

так твёрдо сжатый,

не молвил слова одного.

А я его, как будто слышал,

как будто мысли я читал,

и наперёд, что дальше будет,

от мыслей я его узнал.

– Смотри, какая неземная,

вокруг струится красота! —

Блаженство здесь и умиленье,

здесь благодать и доброта.

Спокойно было мне, уютно,

старик со мною рядом был,

но вот вопрос тот любопытный

во мне как будто не остыл.

– Хочу спросить тебя я, старче, —

откуда ты, и всё же кто? —

и для чего меня средь ночи? —

ты в этот мир сюда привёл.

Молчал старик совсем недолго,

беззубый рот его молчал,

и наконец-то через мысли,

тогда он всё мне поведал.

– Хранитель я, вот в этом мире, —

Рукой повёл и показал, —

и это всё вокруг, что видишь,

Господь всевышний всё создал!

– И там внизу, и тут что видишь,

его творенье одного,

да, вот внизу что есть мы рушим,

не ценим Бога Самого!

– Тебя привёл с одной я целью,

чтоб душу ты свою нашёл,

тропою этой неземною

ты до неё бы сам дошёл.

– А разве у меня потеря, —

взволнованно спросил тут я, —

откуда знать тебе, что где-то,

свою я душу потерял.

Старик нахмурился глубоко,

свои мне мысли передал

– Нет, дело всё не в этом,

души своей ты не терял,

но ты её по жизни этой

давал тому, кто её рвал.

Довольно часто всем ты верил,

уж слишком много доверял,

а на плече, что ангел белый,

рукой его ты прогонял,

и в путь, который направлял он,

не верил ты, не доверял!

Мне стыдно стало. Много понял.

и на колени я упал,

глаза закрыл я, горько стало,

в траве пушистой я рыдал.

– Скажи, что сделать теперь, Старче? —

где душу мне теперь искать?

Ладонь свою он положил на плечи,

и с грустью мне он поведал;

– Не плачь и не терзайся болью,

иди со мной и всё познай.

Увидишь ты, как очень сложно,

всё то, что ты в себе создал.

И так пошли мы чистым полем,

травой чудесной шелестя,

какие птицы кругом пели!

Разноголосьем щебеча.