Сердца мира. Книга вторая

Несколько минут затянувшегося молчания повисли в комнате, угрожая упасть на головы присутствующих чем-то весьма тяжелым. Каждый явно думал о своём. Напряженную тишину прервала как обычно Королева, задумчиво оглядев Лорда:

– Мои вербовщики вернулись буквально ни с чем… Никто не хочет пачкать руки в крови! Даже за горы золота!

Мужчина усмехнулся, повернул голову в её сторону и взглянул на неё свысока.

– Не удивлён.

Внезапно открывшаяся дверь заставила Корделию встрепенуться и посмотреть на собственного мужа, отчего Вольтер усмехнулся.

– Лорд Вольтер, какая честь! – с ноткой иронии произнес Норвилас Селитра – Император Драконов – тот, кто номинально считался живым трупом номер два. После Магистра, конечно же.

– Мой Лорд, я рада, что Вы пришли, – со сладко-приторной улыбкой сказала Королева.

Не смотря ни на что, мужа она боялась, хотя и умело манипулировала им.

– Лорд Вольтер, – Селитра склонил голову в приветственном кивке, дождался, пока это повторит Князь, и рывком преодолел расстояние до кресел.

Затем тяжело упал в одно из них и выпрямил когда-то сломанную ногу, которая теперь не давала покоя и адски болела при каждом шаге.

– Как здоровье Ваших родителей, Лорд? – охрипшим от приступа боли голосом спросил Император, решив соблюсти традиции разговора аристократов.

Кривая усмешка появилась на лице резко развернувшегося всем корпусом Князя.

– Прекрасно, – ответил он, вчитываясь в написанное, – оба благополучно мертвы.

Лорд Селитра, открывший было рот в желании высказаться по поводу такой наглости, тут же его захлопнул, осознавая сказанное мужчиной. Его ошарашенный взгляд был замечен Князем и резко опустившей глаза Королевой. Говорить в момент, когда к ней никто не обращается, она не могла по этикету Деймоса.

– Я подумаю над договором, – не стал терять времени Вольтер, – и внесу правки при необходимости.

Корделия быстро закивала, радостно осознав, что её намёки возымели действие. Он всегда знал, чего она хочет, хотя чаще всего игнорировал и её прямые просьбы, и те самые намеки. Если ему это было не выгодно. Сейчас же мужчина скорее всего нашёл пользу, раз решил настолько открыто намекнуть на согласие – при отказе он бы и не посмотрел в сторону бумаг.