Исцеление человечностью. Сборник рассказов

Приглашение было с благодарностью принято. Рина с радостью чувствовала, что болезнь оставляет её. После второго визита в Алтайский край женщина совсем повеселела.

Как-то встретила Сергея Алимовича.

– Вы прекрасно выглядите, друг мой, – восхитился тот, – Чем вы лечились?

– По вашей методике, доктор. Молилась! – с нескрываемой иронией ответила Рина.

– Продолжайте! – не растерялся врач.

Лет через семь Рина со старшим сыном вновь побывали в гостях у тёти Паши, которая

теперь жила в Повалихе. Всё неузнаваемо изменилось.

Не было уже и гостеприимного кордона. В тех заповедных местах пролегла бетонная автострада на Новосибирск с шестирядным движением. Вокруг шло интенсивное строительство. От природы мало что осталось. Ни о какой землянике и речи быть не могло. Но своё доброе дело чудесная ягода успела сделать- Рина продержалась ещё около тридцати лет, намного пережив своего незадачливого эскулапа.

И всё это стало возможным благодаря исключительной душевной доброте людей, причастных к этой истории – газетчиков, пионервожатой Вали, простых деревенских женщин Акулины и Паши.

В наше суматошное время подобную ситуацию трудно себе представить.

«Татарское мыло»

О связи человека с миром растений на уровне тонких энергий знали ещё в древности. Астрологи, например, считают, что определённые виды растений резонируют с энергией представителей только «своих» знаков Зодиака. Тот, кто придерживается этой теории, всегда может найти в литературе и в инете указатель растений, предрасположенных к себе.

Но списки эти нельзя считать исчерпывающими. Вот не нашёл я в этих списках ЗОРЬКУ ХАЛЦЕДОНСКУЮ, называемую ещё «татарским мылом».

А этот скромный цветок очень любила наша мама. И цветок платил ей тем же.

Владельцы приусадебных участков знают, что многие растения поселяются у них самостоятельно, без приглашения. Так появилось у нас «татарское мыло». Его некрупные ярко-алые соцветия маму очень радовали.

– Ой, какая прелесть, – говорила она, – это весточка из моего детства.

Такие цветы росли у нас в палисаднике.

Мама всегда собственноручно поливала цветок и ласково что-то ему нашептывала. Так продолжалось несколько лет. Растение окрепло и разрослось. Потом мама слегла после инсульта, и её общение с цветком стало невозможным. Хотя зорьке халцедонской по-прежнему хватало влаги и солнца, цветок стал каким-то невзрачным, запылённым.

Осенью мне пришлось по неотложным делам уехать за границу. В это время за мамой ухаживала её сватья.