Как избавиться от синдрома ММ. Исповедь эмигрантки

Пожилая женщина по имени мефрау Фейч жила одна в большом трехэтажном доме. Мы приезжали к ней два раза в неделю – по понедельникам производили рутинную уборку, а четверг был посвящен разнообразной экстра работе. Для Кирилла в этот день она чаще всего находила работу в садике, а для меня – на кухне. Регулярным моим занятием, к примеру, была чистка столового серебра, на которую уходило почти все три часа времени, выделенного на экстра работу.

Мефрау Фейч чем-то напоминала английскую леди – по моим представлениям именно так они и должны выглядеть, – хотя была чистокровной голландкой.

Сухощавая, подтянутая, с идеально прямой спиной, всегда элегантно одетая и причесанная, неизменно в изящных туфлях-лодочках на небольших каблучках, даже дома.

Однажды мы работали у нее в канун Рождества и были просто потрясены ее внешним видом. Все цвета ее одежды безупречно соответствовали цвету наступающего праздника. На ней была белая блузка, классического покроя юбка до середины колена в красно-зеленую клетку, на ногах туфельки-лодочки с бантиками, и бантики эти были идеально подобраны к юбке, в точно такую же красно-зеленую клеточку.

Каждую неделю по пятницам мефрау Фейч посещала свой клуб, где собирались любители игры в бридж. Иногда партии в бридж проходили и у нее дома, в огромной гостиной на первом этаже с окнами на обе стороны здания, за длинным деревянным столом, стоящим в центре комнаты. В эти дни стол следовало особенно тщательно обрабатывать специальным средством для ухода за деревянной мебелью и растирать до блеска мягкой войлочной тряпкой.

В доме у нее всегда был идеальный порядок, все было в буквальном смысле разложено по полочкам и имело свое место. Даже полотенца в шкафу были четко рассортированы по цвету и сложены геометрически ровными стопочками.

Протирая полочку над раковиной в ванной комнате, я всегда старалась расставить баночки с кремами и разнообразные пузырьки с лосьонами в той же последовательности, так как мефрау Фейч выражала крайнее неудовольствие при любом нарушении установленного ею порядка.

И не только на полочке. Все должно было стоять и лежать в четко определенных для этого местах.

Мы работали у мефрау Фейч по три часа в день, в перерыве, ровно через полтора часа, она угощала нас на кухне чаем – всегда одного и того же сорта и с одинаковым печеньем. Как-то раз во время чаепития она, улыбаясь, произнесла:

– Ну вот, оказывается, не так уж и страшно иметь русских на своей кухне. Гораздо лучше, чем першинги в саду.