Дежурные по стране

Все шесть – лидеры; если говорить образно, то одни – военного толка, другие – дипломатического. В общем, странный секстет. Думается, что для них не будет безвыходных ситуаций, потому что они хоть и разные, а играют в одной команде; когда один выстрелит и откровенно промажет, то другой в эту же, прямо в эту же самую секунду попадёт в яблочко. Странно и страшно – да?

Глава 8

Когда Арамис беседовал по телефону, в общежитии «Надежда» студенты праздновали окончание сессии. В комнату отдыха, которая занимала половину первого этажа, набилось человек пятьдесят полупьяных ребят.

Студенты, разбившись на группы по 10—15 человек, травили свежие анекдоты, делились друг с другом последними новостями, обсуждали прошедшие экзамены и рассказывали смешные истории из студенческой жизни.

– … ей-богу, не лгу с этой проклятой Тамарой Павловной. Она ко мне подкатывает, а я ей: «Не смешиваю учёбу с личной жизнью». Вот так прямо и сказал, – уже успел наврать с три короба в одном из стихийно образованных кружков Бочкарёв.

 – Вот с места не сойти, если обманываю… Или вот ещё казус. Наш Арамис, Химический Элемент Назибович в свободное от работы время бутылки по мусорным бакам собирает. Своими глазами видел. – Увидев, что ему не верят, Артём ввёл подробности. – Я сам в шоке был. Думал, бомж какой-то, а присмотрелся – философ. Лицо опухшее, куртка на спине в двух местах прорвана, на ногах – стоптанные «аляски». Только на голове новая кожаная кепка на меху; знать, бережёт мозги-то от переохлаждения, боится застудить извилины, чтобы Аристотель в них ангиной не заболел. Вот так вот роется своей палочкой в поисках чебурашковой тары, а вечерком отмоется, надушится и новым рублём в аудиторию – шасть. – Насладившись гомерическим хохотом, Бочкарёв для пущей правдивости стал на сторону преподавателя. – Вот вы ржёте, а меж тем у человека, может, философия такая. Бомж – олицетворение свободы на земле. Никаких обязательств, думок о будущем, как у зверушек и птичек. Покушать нашёл – радость, в ментовку не попал – радость. Выпить удалось, найти, где переночевать – счастье. Счастье ведь не бывает маленьким или большим, не измеряется в тоннах или миллионах. Оно либо есть, либо его нет. Вся фишка в запросах. – Бочкарёв неожиданно для всех сник. – За скачущим воробышком полюби наблюдать, за работающим муравьём, и такие горизонты откроются, что и не передать словами. Вроде как досрочно в рай попадёшь.

Ещё перед одной группой студентов Женечкин показывал миниатюры.