Гамлеты в портянках

Долгожданная вялость, разлившаяся по телу, привела сержанта в благостное расположение духа, и он не преминул поделиться хорошим настроением с беднягой Семёновым, лежавшим на соседней койке.

– Сосед, – позвал Кузельцов.

– Я, товарищ сержант, – захлопал глазами Семёнов.

– Спишь?

– Так точно.

– Чё врёшь? Кто со мной тогда базарит, если спишь?

– Так я это…

– Упор лёжа принять, – вяло перебил Кузельцов.

– Есть, – вздохнул Семёнов.

Пока Семёнов отжимался рядом с кроватью, Кузельцов разговаривал с ним, как добрый барин с крепостным.

– Ну и дауны вы у меня, – сокрушался сержант. – У всех «духи» как «духи», от вас же никакой пользы, убытки одни.

– Мы стараемся, – приняв позу тюленя и преданно округлив глаза, подобострастно произнёс Семёнов.

– Отжимайся давай, старатель. Стараются они. Вон у Ахминеева – те стараются, а вам бы только пожрать да поспать.

– Товарищ сержант, да Вы для нас. Вы только скажите, а мы уж…

– Скажи ещё, что горы свернёте.

– И свернём, и свернём, товарищ сержант.

– Шею, смотрите, не сверните… Звания выучил?

– Так точно.

– Кто после сержанта идёт?

– Товарищ старший лейтенант.

– Попробуй ещё.

– Товарищ младший прапорщик.

– Последняя попытка.

– Сейчас, сейчас, сейчас, – затягивал время Семёнов, разрываясь между старшиной и майором. – Сержант, а за ним, за ним…

– Ну кто?! Кто?! – не вытерпел Кузельцов, и переживание за знания подчинённого промелькнуло в его голосе.

– За сержантом обязательно кто-то идёт, – затараторил Семёнов, не забывая скрашивать свою забывчивость высокой скоростью и качеством отжиманий.

– Старший сержант, даун, – оборвал Кузельцов.

– Не подсказывайте!!! – замерев и выпучив глаза, исступлённо зашептал Семёнов. – Я сам знаю, что за сержантом идёт старший сержант! Старший сержант Саркисян! Замкомвзвод! И он не даун! Он Ваш лучший друг!

– Да ты совсем страх потерял, «душара».

Кузельцов сел на кровать и стал охаживать Семёнова тапком по голове.

В это время через проход между кроватями шёпотом переговаривались Герц и Павлушкин.

– Не спит, – сказал Павлушкин. – Семёнова опять драконит.

– Я двенадцать зевков насчитал, – ответил Герц. – Зря старались, наверно.

– Не боись. Скоро уже. Доза лошадиная.

– Кузельцов тоже вроде немаленький.

– Не боись, говорю.