Ломка

У нас скорость обслуживания низкая, из-за этого куча клиентов срывается.

Антон Тимохин и Егор Кудрявцев пришли на работу пораньше и, ожидая прихода остальных, резались в дурака в специально отгороженном для грузчиков помещении.

В это утро Андрей решил приехать на работу пораньше. Мужики не могли увидеть его, так как сидели к входу спиной. Из случайно услышанного разговора он не упустил ни слова. С невозмутимым видом он пересек прокуренное помещение, разделся и, открыв кабинку, начал напяливать на себя липкую от сахара робу.

Чувствуя горечь от оскорбления, нанесенного его отцу, покрылся испариной. К горлу подкатил комок, и Андрей, отвернувшись в противоположную от грузчиков сторону, стал рассматривать бело-голубую стену.

– Что-то здесь запахло падалью, – резко развернувшись, бросил Андрей, дав волю нахлынувшим чувствам.

– О чем ты? – смутился Антон.

– Ах ты! Имей мужество хотя бы признаться в произнесенном! – побагровев, сорвался на крик Андрей.

Руки машинально сжались в кулаки, и он пошел на грузчика.

Попытавшийся вмешаться Кудрявцев был откинут стальным, искоса брошенным в его сторону взглядом. Андрей придвинулся к Антону вплотную, внимательно посмотрел в глаза грузчика, как будто желая окончательно в чем-то убедиться, и с оттяжкой нанес два увесистых удара.

– За зажравшееся падло! За тварь!

Антон обмяк и прислонился к стене. Его лицо стало опухать, но на атаку он не решился ответить.

– Гады, твари! Ненавижу вас! Все ваше семейство! Тебя ненавижу! Холеный, сытый – ты никогда не поймешь простых работяг! Чего стоишь? Иди жалуйся! – взревел Тимохин.

– Такого, как ты, даже сдавать не хочется. Посмотри на себя. Ты же жалок. Вы только и можете, что шептаться по углам и в тихушку ненавидеть своих хозяев. Трусы! Вы сами позволяете с собой так обращаться! Чтобы услышать откровенную правду, вас нужно припереть к стенке! Какая уж там борьба за свои права! Болото! – прошипел Андрей, схватив грузчика за грудки.

Целый день Андрей мучился, прокручивая в голове утренний инцидент:

– Что за люди вокруг? Я чужой среди всех.

Как меня достал свой собственный, пораженный сомнениями мозг. Жил бы да жил припеваючи. Нет, что-то меня вечно не устраивает. Так дальше нельзя – с ума сойти можно… Сегодня я не был виноват. А если и был, то Антон всё равно больше, чем я. В этом нет никаких сомнений. Надо искать. Время, в котором я живу, дает мне этот шанс. Я впереди всех – это очевидно. Эпоха такая, что пока еще никакая.