Ломка

– И че нам на тебя теперь молиться, что ты из города? – выпалил Сага, пытаясь сохранить лицо.

– Спокойно, пацаны. Это парень мне нравится. Не трус и не шестерка… Кстати, спасибо тебе за перевязанную голову. Я твой должник. Если кто-то будет тебе угрожать, можешь воспользоваться моей помощью, но только один раз. А теперь присаживайся с нами, больше тебя никто не тронет, – облегченно заметил Митька и закурил.

– Я ни в чьей опеке не нуждаюсь, а за приглашение спасибо – с радостью к вам присоединюсь.

– Эта фраза мне еще больше по душе, – быстро парировал Митька, чтобы оставить за собой последнее слово.

Разговор не клеился, как это всегда бывает, когда мы вырваны из привычного для нас круга общения из-за вторжения в нашу компанию незнакомого человека. Митька, как мог, пытался развеселить сидевших, но все были стеснены присутствием молодого человека, появившегося в их рядах и отвечали на реплики в свою сторону односложно, опасаясь странных улыбок, часто пробегавших по бледному лицу Андрея, когда кто-нибудь из ребят выдавал тривиальную остроту.

– Скука неимоверная, – наконец сказал Митька, зевнув. – Предлагаю совершить татаро-монгольский набег на сад Наглого. Вишня там мясистая и сочная – страсть! Если хочешь, новенький, можешь пойти с нами. За забор пускать тебя еще рано, а на палеве можешь запросто постоять.

– Я остаюсь здесь, – серьезно сказал Андрей.

Антон Кретонов посмотрел на присутствующих и, пренебрежительным кивком головы указывая на Спасского, сказал:

– Парняга измену схавал. Пускай остается и девчонок развлекает, а мы им вишню пойдем добывать.

– Я остаюсь, так как считаю воровство гнусным занятием, и вам ходить не советую.

– Ты что-то больно умный. Не зарывайся, парень, а то когда-нибудь схлопочешь – не от нас, так от других. У Наглого этой вишни – море. Если немного возьмем – от него не убудет.

– Да, Андрюха, – ты здесь без году неделя, а уже волю свою навязываешь, – сгладил ситуацию Митька.

Парни ушли, оставив Спасского наедине с девчонками. Ему стало как-то не по себе, и он тупо уставился в землю, расковыривая носками туфель жирные комки под ногами. А девчонки, шушукаясь между собой, без стеснения разглядывали смущавшегося парня, звонко смеялись, заставляя Андрея непрестанно краснеть.