Враг твой, друг твой. Роман

Через полчаса она должна быть на работе. Наталья выругала себя за беспечность, встала с кровати и начала одеваться. Одинцов ничем не прикрытый лежал на спине. Вид его худого нагого тела мешал Наталье, как следует собраться с мыслями. Наталье показалось, что она слышала звонок, перед тем как окончательно проснуться. Звук был похож на звонок в дверь, когда вчера приходила Покоева. Наталья посмотрела на кровать и Одинцова. Неделю с небольшим на этом ложе, наверное смотрел свои последние сны её покойный дядюшка, которого она никогда не видела и ничего о нём не знала.

Наверное эти простыни, одеяло и подушки ещё хранили запахи, энергию и даже какие-то особые частицы покойного дядюшки. Всё произошло так спонтанно, так странно, что Наталья даже не помнила, как она оказалась в спальной дядюшки.

Наталья пошла в душ. В душе она отчетливо услышала звонок в дверь. Видимо ей не показалось, что звонили, когда она начала просыпаться. Наталья быстро надела нижнее белье, вбежала в спальную. Она попыталась растолкать Одинцова, но тот лишь поморщился и перевернулся на бок.

Она ударила его подушкой, но её нечаянный любовник и не собирался просыпаться. А звонок в дверь звучал всё настойчивее и настойчивее, действуя на нервы. Надев брюки от костюма и рубашку Одинцова, Наталья выбежала во двор, по ходу сообразив, что в прихожей на стене был домофон, по которому можно было связаться с гостем.

Наталья открыла калитку.

– Следователь Пустоцвет, – представился невысокий мужчина в сером плаще и шляпе пятидесяти восьми лет от роду.

У него были глубоко посаженныё хитрые серые глаза и морщинистое лицо.

Рядом с ним стоял мужчина, брюнет, тридцати трёх лет от роду с постоянно бегающими глазами в красной спортивной куртке.

Позади этих двоих сновали ещё несколько человек около двух милицейских машин – видимо следственная бригада.

– Чем обязана? – спросила Наталья с напускной высокомерностью.

Пустоцвет лукаво улыбнулся и переглянулся со стоявшим рядом типом, который быстро изобразил на своём лице глупую ухмылку.

Нетрудно было понять, что этот тип – подчинённый Пустоцвета, старающийся угождать ему по поводу и без повода из карьерных и прочих корыстных интересов.

– Ром, чем мы обязаны даме? Будь добр, объясни, – обратился к ухмыляющемуся типу Пустоцвет.

– Ну, это, как его там, короче это самое, видите ли, – замямлил Рома.

– Эх, деревенщина, наберут по объявлению, потом работай с таким контингентом как хочешь, – отчитал подчинённого Пустоцвет.