Подопытные кролики. Роман

«Радуга» могла двигаться только по своей орбите. Её можно было эвакуировать только по частям, и на это пришлось бы потратить много времени и средств. Бросить станцию было жалко, и правительство решило для поддержания станции в рабочем состоянии командировать на неё военных космонавтов. Последние семь лет на «Радуге» несли вахту капитан Иваницкий и лейтенант Платонов.

На «Радуге» были созданы комфортные условия для работы и досуга. В распоряжении команды были: библиотека, фонотека, спортзал, бассейн, большой запас и ассортимент продуктов питания.

Но даже в таких условиях прожить семь лет вдвоём было не просто.

Лейтенанту Михаилу Платонову казалось, что эти семь лет длятся целую вечность. Он стоял посреди аппаратной, и вглядывался в мрачную бездонную даль космоса, в ту сторону, где находилась Земля. Аппаратная представляла собой залу десять на десять метров с пультом управления станции и другими приборами, накрытую сверху прозрачным куполом. Этот купол был абсолютно невидим, и каждому, кто оказывался в аппаратной, казалось, что над его головой начинается открытый космос.

Тридцать один день назад с Земли поднялся космический корабль «Архангельск», который должен был лететь к «Радуге». Несколько дней спустя после отлёта «Архангельска», сообщение об этом пришло на «Радугу». О цели полёта в сообщении не указывалось. Платонов начал волноваться: обычно космические корабли преодолевали расстояние от Земли до «Радуги» в среднем за тридцать дней, а тут пошли уже тридцать вторые сутки со дня отлёта, а от «Архангельска» не было никаких вестей.

В течение недели Иваницкий и Платонов безрезультатно пытались выйти на связь с «Архангельском». Маршрут был опасен и с «Архангельском» в пути могло случиться всё что угодно. Неприятности на этом маршруте уже случались: три космических судна не долетели до созвездия Песочных часов, пропав без вести; два исчезли на обратном пути: один бесследно, второй нашёлся только через полгода.

Лейтенант Платонов был среднего роста, крепко сложен, с простыми чертами лица, черными, коротко постриженными волосами.

Ему было тридцать земных лет. Одет он был в свободный темно-синий рабочий костюм: рубашку с длинными рукавами и брюки.

– Всё ждёшь, Мишель? – в аппаратную вошёл Иваницкий, в одних тренировочных и тапочках, с перекинутым через шею полотенцем. Таков был обычный его вид после принятия душа по окончании занятий в спортзале, где он тренировался, изучая по самоучителю карате и айкидо.