Армейская мозаика. Архив. 1978 год

Тепло попрощались с Саньком, но он уже тоже в команде на отправку. Так что возмездие со стороны местных не состоялось.

Выдали нам сухпай, погрузили на старенький автобус и, во главе с капитаном и ст. сержантом, отъехали в часть. Дорога была очень живописная. Природа цветет, весна кругом. Вся дорога через сопки (помните – манчжурские сопки, это, наверное, про эти), с сопки на сопку, вверх-вниз, и кругом – ни деревни, ни поселка. За всю поездку буквально 2—3 населенных пункта. Ехали долго, как потом выяснилось 180 км.

Смотрим торчит высоченная мачта, её мы километров за сорок уже видели, длинный бетонный забор с колючкой по верху, зона, что ли? Но, как оказалось, это и есть наша часть. Приехали!!!

    Санкт-Петербург сентябрь 2015

Часть

Лучше бы мы сюда не приезжали!!!

Километр на два огороженного колючей проволокой пространства. Со стороны дороги бетонный забор с колючкой по верху. Как выяснилось, в радиусе 9 км ничего жилого нет. Полный аналог зоны. На территории: два двухэтажных дома для офицеров, двухэтажная казарма, кочегарка, одноэтажные склады, гараж и учебка (учебный взвод), маленькая насосная, малюсенький магазин.

Конечно, присутствовал плац, надо же где-то отрабатывать строевой шаг, петь строевые песни и производить построения. Это здесь, при въезде, на маленьком пятачке. В полукилометре большая дизельная и караулка, ещё через пятьсот метров сердце части – техническое здание с, торчащей на 350 метров вверх, иглой мачты.

Всё это мы разузнали и рассмотрели потом, а сейчас нас завезли в здание учебки.

Маленькое одноэтажное здание, наверное, не было рассчитано на 40 рыл, потому что стояло 18 кроватей в один этаж. Это быстро исправили, поставив второй этаж.

Всё, началась служба, и это на два года!!!

А ещё, в первый же день, выяснилось, что никаких увольнительных здесь не бывает и отпусков тоже, кроме смерти родных, и то не всегда. Говорю – не всегда, потому что, потом уже, был случай, когда у молдованина, рядового нашей части, умерла мать, а его на похороны не пустили.

Потому что до Молдовы ему, поездом, нужно было добираться суток 10—12, да там 5, и обратно, и того месяц, а на такое «мы пойтить не можем».

То есть, два года за колючей проволокой. Единственное, что осталось – это право переписки, но это, даже у зеков, не отнимают.

Здравствуй, зона!!!

Без всякого суда, адвокатов и обвинения, сразу приговор, приведенный в исполнение. И даже обжаловать приговор не куда – нет такой инстанции.