Пески ада

Величественно и, в то же время, как можно быстрее ретировался с места.

Проследив за тем, как молодые демоны уходили вслед за Даарнэшем, Нерон повернулся к нам и сказал:

– Переночуешь у меня, нечего тебе с отребьем в повозке трястись.

И так приятно стало. И пусть не помню родителей, зато у меня есть Нерон, огромный и ужасный, но такой родной.

Рабы в нашем мире делились на два типа, отребье – те, кто не держал оружие и войны, которые чаще всего становились участниками в Играх, которых и в расход пустить не жалко.

Одно нас объединяло – выжженная на предплечье метка, которая говорила, что ты раб, напоминая, где наше место.

– Арбус точно проверит, и кто знает, на что будет способна его больная фантазия, если поймет, что не выполнила его приказ. Так что всем будет лучше, если поеду с рабами. Говорят, там не так плохо. – Повела правым плечом, стараясь не смотреть на учителя. Врать никогда не умела. Жалкая попытка успокоить демона. – Бывало и хуже.

Остаток дня провела с Генри и молодыми демонами.

Сидели у костра, травили байки, представляя, как бы Нерон массировал задницу Даарэшу. После ужина, ближе к ночи, Нерон всучил мне покрывало, чтоб могла его использовать в качестве подстилки. Он, правда, изначально два покрывала притащил, хотел в повозку к рабам лечь рядом со мной. Так ему, видите ли, было бы спокойнее. А ничего, что я уже не ребенок? И уж если справляюсь с демонами на арене, то вполне могу справится с человеческими рабами. Так что пожелав наставнику добрых снов, подхватила покрывало и пошла к месту отбывания своего наказания.

Глава 2

В повозке с рабами, душил запах гнили и пота. Повозка, рассчитанная на десять человек, вместила около двадцати рабов. Пятнадцать грязных, вонючих мужчин, среди которых через одного убийцы и насильники и пять шлюх, готовые за монету раздвинуть ноги каждому. Все спали под скрип колес, мерное раскачивание и храп одного верзилы.

Два дня пути до столицы Империи, два дня в этой повозке, среди тех, кто на столько не ценит свою жизнь, что червями ползают перед рептилоидом.

Ни гордости, ни самоуважение. А такое будущее вполне может ожидать и меня.

Закутавшись в покрывало, легла у самого выхода из повозки, единственное место, где было хоть немного свежего воздуха, да и вид на ночное небо открывался замечательный. Тысячи звезд рассыпаны на черном небе. Тысячи ярких, но в то же время таких холодных звезд.