Английские ботиночки

Эффектно дополняли картину три роскошных больших подушки, прилагавшихся к дивану.

Валентина готовилась к своей покупке. Заранее купила комплект постельного белья самого большого размера, из красивого и качественного сатина с серо-бирюзовыми разводами и серебристым блеском. Застелила постель и сидела – любовалась своим приобретением.

Вечером пришёл с работы муж, осмотрел диван, крякнул, с усмешкой глядя на его величину, красоту и величие, – и пошёл мыть руки к ужину.

После ужина, когда муж, полусонный, сидел в кресле перед телевизором, Валентина, подойдя сзади, положила свои руки ему на грудь, прижалась головой к его уху и замурлыкала:

– Коль, а Коль, надо будет сегодня обновить, а?

– Обязательно, – согласился муж, не отрывая глаз от телевизора.

Соседки, уже зная Валентину, на другой день весело спрашивали:

– Ну что, обновили диван-то?

– А как же иначе, для чего покупался! – хохотала Валентина.

Да. Валентина была жизнелюбива.

И это слово было главным словом в её жизни. Она не употребляла вульгарных, пошлых или избитых фраз на эту животрепещущую тему. Она говорила ласково и игриво – обновить. Ещё тогда, двадцать лет назад, утром после первой брачной ночи она сказала ему:

– Ну вот ты меня и обновил.

– Чего? – не понял Николай.

– Чего ж тут непонятного – ты же у меня первый мужчина.

– А-а-а, вон ты о чём, – улыбнулся Николай.

Оба они были из деревни. Приехали в Москву на строительство по лимиту.

Жили в общежитии несколько лет, а потом им дали комнату в коммуналке, да в самом центре Москвы. В доме этом коммуналок (как ни странно) не было. В этой квартире жил высокопоставленный чиновник.

И вдруг он уезжает в другую роскошную квартиру, а эту сдаёт государству – по законам того времени. И государство ничтоже сумняшеся решило сделать из квартиры этого чиновника коммуналку. В неё-то и попали Валентина с Николаем. Да ещё две женщины. И квартира стала не намного отличаться от общежития, но всё же была перспектива отдельного проживания (со временем, конечно).

Ведь теперь была постоянная московская прописка. А это в те времена было заветной целью многих советских граждан.

На всю жизнь запомнила Валентина тот восторг, который обуял её, когда они пришли со смотровым ордером знакомиться с жилплощадью. Теперь ванная своя, туалет. Не надо в очереди стоять на помывку или постирку.