ТУОНЕЛЬСКИЙ ЛЕБЕДЬ

Вот если удастся найти сенсационный материал, да так, чтобы о нем все заговорили, ссылаясь на ее журнал, вот это и будет ее та самая большая радость. Своя постель ее не очень интересовала, толи дело постели других, в которых обитали для нее самые важные новости. А если получалось такие новости обострить и приукрасить, и правильно подать, то тогда Анну просто распирало от гордости. Любая новость в ее руках могла «заиграть», это и составляло главный интерес ее жизни, а других интересов она не искала, повинуясь инстинкту самосохранения.

Мало ли на что можно напороться по незнанию, а вдруг выяснится еще, что она неправильно жила, и что тогда делать, время-то ушло безвозвратно, и ничего не вернуть. Неслучайно любимым выражением Анны был тезис о том, что упущенные возможности не восстанавливаются. Поэтому от лишней информации она себя берегла как могла, сужая весь мир до островка своего журнала, которым она и дышала.

* * *

Анатолий подошел к барной стойке.

– Чай, кофе, виски со льдом, кровь невинных младенцев? – предложил с учтивой улыбкой Анатолий гостю выпить, внимательно следя, какое впечатление произведет на Влада его шутка. Находясь с Анной, он уже привык, что слова значат больше, чем поступки, поэтому тщательно учился ими маневрировать. Но Влад его шутку явно не оценил.

– Нет, – очень сдержанно ответил Влад. – Я не хочу пить. Ничего.

– А выпью, пожалуй, – положил Анатолий в квадратный стакан несколько кусочков льда и налил в них виски.

Он изрядно пристрастился к дорогой выпивке, живя у Анны, поэтому не упускал возможности пропустить стаканчик алкоголя из ее дорогой коллекции. – Говорят, вы поедете к Шахматовым.

– Вот как? – удивился Влад, сев в удобное, обтянутое баклажанового цвета кожей кресло. – Впервые об этом слышу, – сказал он явно нехотя, потому что общение с любовником своей начальницы явно не входило в его планы. Общаясь с ним, он как бы делал ему одолжение.

– Разве Анна вам не говорила, что через неделю вы поедете к Шахматовым? – удивился Анатолий, как будто это было сверхважное событие, о котором нельзя было не знать.

– Мне об этом ничего неизвестно, – отрезал Влад, подозревая, что Анна, вероятно, говорила ему об этом, но он часто пропускал мимо ушей, что она ему говорит, так как был занят совершенно другими вещами. Часто он только делал вид, что ее слушает, а сам думал о другом.