Легкость взаимного молчания

– Да, Артем?

Я больше не хотел произносить ни слова. Марк. Его имя, произнесенное мной, прервало тяжелую тишину. И этого было достаточно.

Я взял Анину руку и положил ее на свою талию.

– Артем работал в журнале. Писал о странах. Он много путешествовал.

Я убрал Анину руку. Я не мог поверить своим ушам. «Зачем ты рассказываешь обо мне? Нет, ты же не станешь…».

– Как интересно. И где ты был, Артем?

Наступила очередь блиц-опроса от Кристины. «Я не буду отвечать. Тишина, вернись, я передумал! Пожалуйста, тишина.

Вернись. Прошу».

– Он много где был. Да, Артем?

«Аня, перестань. Прошу». Я нашел глазами стакан воды, стоящий на нашем столе, схватил его и огромными глотками выпил всю воду. Мое лицо горело. Мне было страшно. Ноги начинали каменеть. «Мне надо уйти, убежать, пока они еще хоть как-то слушаются меня. Ноги, не каменейте!». Мой внутренний мир был в огне. Мне было плохо. Аня, Марк и Кристина этого словно не замечали. Они не видели ничего, кроме друг друга. Мое покрасневшее лицо должно было им хоть что-нибудь сказать.

Но нет. Этого не происходило. Казалось, что если упадет метеорит рядом с рестораном, то они, не замечая выбегающих из помещения и кричащих людей, будут требовать десерт у пробегающего мимо официанта. В данный момент десерт они требовали от меня.

– Это здорово! Какая страна тебе нравится больше других? – кто-то из нашей компании задал мне вопрос. «Чей это голос? Марк? Кристина?».

Марк и Кристина, чужие для меня люди, позволяли себе слишком многое, и Аня не пыталась их остановить, а даже наоборот – поддерживала.

Надо было пересилить себя и попробовать выйти из этой ситуации, иначе она добила бы меня. Мысли вертелись одна за другой. Я отчетливо увидел взрыв поезда, бег людей и услышал их крики. Я даже огляделся по сторонам, чтобы удостовериться, что кричат не в ресторане, а в моей голове. У меня кто-то что-то спрашивал. Но я уже не мог ничего разобрать. Как контуженый солдат, который не может спастись от артобстрела, я продолжал оставаться на месте, сидеть за столом, находясь под словесным огнем Ани, Марка и Кристины.

«Я иссяк».

Ноги, на мое удивление, поддались мне. Они разрешили мне удалиться. Под искрометным огнем вопросов, под взрывами интенсивной речи обо мне, я все-таки встал из-за стола и вышел в уборную. Там я стоял перед зеркалом в параллельном мире, видя перед собой испуганные глаза людей того утра. Я умылся холодной водой, пытаясь смыть страх, но этого не получилось сделать.