Черная перепелка

– Как вы думаете, они могли просто взять и сбежать?

– Вот сейчас, когда я узнал, что Мила пропала, я тоже думаю об этом… Знаете, что я вам скажу? Мила, конечно, могла бы сбежать от мужа и вообще совершить такой вот отчаянный и, прямо скажем, безответственный поступок, но Максим Иванович – нет. Несмотря на его молодость, страсти-мордасти, любовь, он в первую очередь хороший хирург, врач, и если бы он и принял решение уехать из города, все бросить, чтобы начать новую жизнь, то он сделал бы все официально, понимаете? Он бы все тщательно продумал, спланировал.

– Вы не знаете, где они встречались в Марксе?

– Они прятались, это я точно знаю. Кажется, на какой-то тайной квартире или в доме. Но не у него дома, это точно. Мила рассказывала, что бывшая жена Тропинина не оставляла его в покое и даже после развода пыталась заботиться о нем, постоянно таскалась к нему домой, оставляла чуть ли не под дверью какие-то сумки, пакеты с борщами и котлетами.

– А он-то чего прятался?

– Думаю, он не хотел, чтобы его видели именно с Милой.

Вероятно, он таким образом пытался уберечь ее от внезапного визита мужа. Он же не глупый человек, понимал, что рано или поздно муж узнает…

– Мила не говорила, чего именно она боится? Ну, знаете, как иногда женщины говорят, мол, муж узнает – убьет.

– Нет, такого она не говорила. Но все равно боялась его. Иногда у нее прорывалось, что она недостаточно хорошо знает своего мужа, не знает, чего от него ждать. Но никогда не говорила о нем плохо, что он жестокий или плохо обращается с ней.

Нет. Мне кажется, она испытывала перед ним чувство вины за то, что изменяет ему. Но и остановиться уже не могла.

– Спасибо вам, Валентин Петрович, вы очень мне помогли.

– Как вы думаете, они еще могут быть живы?

Дождев позвонил Соболеву, чтобы ввести его в курс дела.

13

– Послушайте, да что с вами такое сегодня? И прекратите уже пить!

Наташа, развив бурную деятельность и растопив камин, сама постелила скатерть на стол в гостиной, и, расположившись на кухне, принялась выкладывать салаты и закуски в салатницы, менажницы, тарелки.

Соня с Тамарой, уговорив на двоих полбутылки водки, с трудом, подталкиваемые Наташей, накрывали на стол.

– Знаете, у меня такое чувство, будто бы вы к концу года подрастеряли все свои душевные и физические силы… – Наташа двигалась быстро, все-то получалось у нее аккуратно, красиво. – Давайте уже, дорогие мои девочки, приходите в себя.