Видеть воздух

Майкл заметил несколько фонтанов в глубине сада, рядом с которыми бегали и резвились дети с маленькими крылышками за спиной.

– А где твои крылья? – спросил Майкл, когда они проходили мимо стайки шалящих ангелков.

– Можно сказать, что у меня их нет, потому что я особенный. Особенный для тебя.

– В смысле?

– Ты не можешь видеть мои крылья, потому что для тебя я не просто ангел…

– А, ну да, ангел-хранитель, – Майкл закончил за него предложение.

– Именно. Души не видят крыльев своих ангелов-хранителей, но видят крылья других ангелов, равно как и ангелы не видят крыльев своих подопечных.

– Рафаэль, поясни, то есть если у меня есть свой персональный ангел, то, значит, и есть свой… – Майкл на секунду замялся, не зная, уместно ли употребить слово «дьявол» в этом месте? Или это бы выглядело так же, как белый костюм на похоронах?

– Да, есть. И ты тоже сможешь его узнать среди других. Он тоже особенный для тебя.

Они прошли мимо девушки, сидящей на траве и что-то пишущей в большой тетради – кажется, она сочиняла музыку, около ее ног лежала арфа. Она привлекала внимание своими большими и белыми крыльями, они казались просто огромными на фоне хрупкой фигуры их обладательницы, а над ее головой ярко светился нимб. Майкл обернулся через плечо, но у него за спиной ничего не было.

– А где мои крылья? У меня их нет?

– Отчего же, – Рафаэль указал на тени, которые отбрасывали их фигуры.

Тень Майкла была намного длиннее, чем сам мужчина, и у него за спиной отчетливо виднелись темные очертания крыльев, а над головой – силуэт нимба, который, должно быть, тоже сиял ярким светом, как у девушки—музыкантши.

– Но почему тогда я ничего не вижу? – Майкл махнул рукой над головой, где была тень нимба, но он почувствовал лишь воздух.

– Никто не видит своих крыльев, но мы можем видеть чужие. Мы не должны забывать, кто мы есть не, но при этом никогда не пытались возгордиться и стать тщеславными от того, что имеем.

Ответ ангела как всегда был путанным, но основную мысль Майкл уловил: никто не должен видеть в себе Бога и возвышать себя над другими в мире, где все равны.

Крылья и нимбы испокон веков ассоциировались с чем-то божественным, ангелоподобным или даже непосредственно с самим Богом. Души, хоть и имеют крылья и нимб, не равны ангелам, а уж Богу и подавно – мы не видим своих крыльев, а значит, и не искушаем себя.