Белая Лебедушка

С ним на допросе поработав

И приказавши встать с колен,

Допрос оформили, как надо,

Узнали званье и как звать —

Из речи быстрого каскада,

Его отец кто и кто мать

И массу сведений военных,

То не ловушка ли, не шпик?

Нет тайн от взоров наших бденных!

Стоял он гордо, не поник

Как—будто радуяся плену,

Как—будто в нём отрада есть,

Не гнал слезу и нюней – пену,

Чтоб жизнь спасти. Но знал он честь!

В глазах порядочности отблеск,

Стоял спокойно.

А был прямым он русских отпрыск.

Видать, пред щукой не карась!

И выпирал повсюду мускул,

Видать, он в схватке богатырь,

И всё при нём и скроен русско,

Видать полёт натуры, ширь!

Был в состоянье помраченья

В бою от ран его отец

В сороковых и в заключенье

Попал к фашистам, наконец,

Потом в прекрасный День Победы

Был интернирован в страну,

Что смерть несёт Вьетнаму, беды

Сейчас, весь мир стремя ко дну.

Там, в Троеротии, женился,

Работы так и не нашёл,

Жизнь – на помойке будто, – крысья,

Ни крова, хмур, голоден, зол…

– С того не стало больше предков…

Наследство – бедность.

Как и они, искал объедки,

Не жизнь – сплошная маята.

Бежать! Бежать в другие страны.

Но нету денег ни шиша.

Гнетут отчаянья бураны,

Для них, как мяч, моя душа,

Того гляди, влетит в ворота,

Вратарь где – жаждующая смерь,

И жить уж стало не охота,

Судьбы жестоко хлыщет плеть!

Жизнь – хуже драннейшего мопса,

Могильный ближе виден вал…

Но тут пропел всем как—то Робсен,

И мне надежду всё же дал

Быть «полноценным человеком»:

Советский даст всегда Союз!

И стал душой я не калека

И не отброс уж и не гнус.

Стремясь в страну попасть ту – Диво,

Я стал наёмником, но здесь

Я «воевал» лукаво, лживо,

Вон отметая зло и спесь,

И всё ждал случая, момента,

Переметнуться чтобы к вам,

Уйти из подлого вон света,

Ведь боль он честным головам.

Я палачом его не стану,

Он мне и вам – ввек кровный враг,

Дам вам защиту и охрану,

Над вами чтоб развеять мрак —

То слово русского Ивана,

Не подведу, я не пижон,

Не троеротова я клана,

Иван! Иван я, а не Джон.

И вам, и мне один стремиться

Пройти тяжёлый в битвах путь,

В Победный час взмыть вольной птицей,

Вон расклевавши гнёта жуть.