Жизнь глазами пессимиста. Рассказы

Это были легкие намеки «об одной интересной знакомой по «бизнесу», прямые уговоры и запугивания «о страшных болезнях холостяков» или участливое вздыхание вслед – «эх… тяжело без женщины».

Свою судьбу Игорь Борисович не мог уже представить, какими-либо узами соединенную с представительницами противоположного лагеря. Если в мечтах и закрадывалась эротическая мыслишка, то в виде веселой молодой рыженькой хохотушки.

Звонок раздался, как всегда, в самый неподходящий момент. Игорь Дмитриевич снимал со сковороды омлет, который постоянно соскальзывал с лопатки и когда раздался звонок, Игорь дернулся и омлет, разорвавшись напополам, одной частью оставался дожариваться, а другой попал под сковородку ближе к огню.

– Чтоб тебя! – Игорь выругался, выключил плиту и стал соскребать омлет.

Он получился уже не таким аппетитным, каким был на сковороде, каких-то две минуты назад.

Игорь решительным шагом пошел открывать дверь, готовя мысленно пламенную речь, которую долго уже хотел произнести, но в самый последний момент, уже приготовив нужные слова и открыв рот, закрывал его, от, полностью выбивающего из реальности, вопроса Вероники Борисовны.

– Игорек! Вот скажите! – Вероника Борисовна стояла с кроссвордом в руках, дверь в её квартиру была открыта настежь, что предполагало неминуемое участие в разговоре её супруга Петра Ивановича, – «знаменитый Лондонский аукцион», шесть букв?!

– «Сотбис», – выдохнул злость Игорь. Он попытался закрыть дверь, но на её пути оказалась нога Вероники Борисовны.

– Карпов! А ты, что сказал?! – она кричала в пространство лестничной клетки.

– Я так и говорил, – донеслось из квартиры с сожалением и признанием полного поражения в голосе.

– Да, как же, говорил! Ты говорил, что?! «Сотби»! Там пять букв! Спасибо Игорек, что значит высшее образование, не то что у некоторых… ФЗУ…. Кстати, мы недавно получили специальный чай для… для похудения, – Вероника Борисовна обмеряла взглядом фигуру Игоря, – за рубежом сейчас его пьют все модели и голливудские звезды…

– И вы? Вы тоже пьете? – решил съязвить Игорь и тем самым немного удовлетворить свой гнев, – пока не заметно.

– Ну…, Игорек, – она кокетливо хмыкнула, не поняв издевки, – мне-то чаем уже не помочь, да и дороговато для меня. А Карпов меня и такую любит, ха-ха-ха. Правда, Карпов?!

Из соседских дверей раздалось скорбное «угу», которое можно было бы расценить, как «о боже» или «почему я еще не умер».