Жизнь глазами пессимиста. Рассказы

– Ай, ты моя прелесть! – Анжелика Дмитриевна опустилась на корточки перед Тихоном и решение Игоря уже никого не волновало. Вместо него мог бы стоять шкаф или комод и, даже, они могли оказаться более функциональны в эту минуту.

Анжелика приблизила свою «даму» к Тихону. Тот отпрянул и удивленно посмотрел на пришелицу. Кошка неслышно спрыгнула с колен хозяйки и по-свойски, грациозно прошла в квартиру мимо двух глупо выглядевших «мужчин», рассматривая обстановочку холостяцкого жилища. Когда Тихон оклемался от первого впечатления, и по-хозяйски решил расспросить, мол, «что, собственно надо?», чуть не получил по своей хозяйской морде.

Когти просвистели в каком-то миллиметре от носа. Тихон отпрыгнул, не понимая, что ему делать. За всю его жизнь он пару раз выходил на улицу, где пытался вжаться в землю и ли раствориться на ней. Опыта общения с подобными особами у него не было. А это, видимо, была еще та штучка. Кошка разлеглась в коридоре, а затем вообще, нагло и фривольно-вызывающе стала переваливаться с боку на бок.

– Ну, я думаю, они разберутся сами, – продолжая стоять у открытой двери, произнесла Анжелика Дмитриевна.

Щелкнул замок в соседской двери. Игоря стукнуло будто током, он резко схватил Анжелику и, дернув её за руку, затащил в квартиру и захлопнул дверь.

– Ой! Что вы?! – Анжелика удивленно и испуганно взглянула поверх очков.

– Тс-с-с, – Игорь прижал палец к губам. Выражение лица, было, как на известном плакате «Не болтай!», только в очках и лысый, – Вероника Бори…

Он не успел договорить, конец фразы поглотил резкий звонок в дверь.

– Игорек! Вы дома?! – спрашивали за дверью, – к вам Анжелика Дмитриевна не заходила?! Она должна была сегодня прийти!

Анжелика попыталась что-то ответить, но Игорь скорчил такую страшную физиономию, и так ею мотал головой, что дар речи пропал сам собой.

– Наверное, еще нет, – констатировали за дверью, – Карпов! Вот ты все дома торчишь, люди вон, в восемь часов еще на работе, а ты?!

Соседская дверь захлопнулась. Игорь Дмитриевич сдулся, как надувной заяц.

Анжелика Дмитриевна все еще требовала объяснений. Коробеев смахнул испарину.

– Вы меня извините, я бы не хотел, чтобы она… Вероника Борисовна… Вы у меня… я…

– Вы боитесь, что Вероника Борисовна плохо подумает обо мне?

– Нет…

– О вас?

– Да, то есть, я не хочу, чтобы она вообще что-то думала.

Игорь перевел дух.

– Может быть чай? – Игорь еще чувствовал неловкость за такое оперативное сокрытие гостьи.

– Хорошо.