Дарьины зори. Повести и рассказы

Через десять часов привал. Лошади выдохлись. Рыбки прижарила Дарья и затируху с томлённым на масле лучком. Мужики нахваливают свою повариху. Молодая, а ловкая. Что сварить, что посуду перемыть. Сама справляется, ни у кого помощи не просит. Глаза зелёные с грустью на всё глядят, слеза в них притаилась.

На третий, последний, привал остановились поздно ночью. Неспокойно было на душе у Дмитрия, да и мужики ведут разговоры полушёпотом. Чем дальше от дома, тем становилось тяжелее. Всем хотелось скорее до места добраться.

Дарья страшилась того незнакомого места. Ничего о нём не знала, но про лесника Матвея Савичева много чего в деревне рассказывали, и в основном худого.

Лют по-страшному. Жену свою, Пелагею, бьёт до смерти. Потом она вся синяя ходит, еле ноги волочит, а прилечь он ей не даёт. Сыновей Василия и Данилу тоже поколачивает. Василий заматерел, ответил раз как следует, так отстал от него, а Данилу, младшего дитя, дураком сделал сызмальства. Всё норовил по голове, да побольнее.

У парня разум-то и помутился. Ходит, как неприкаянный, по местам лесным. Уйдёт летом на несколько дней в леса без еды. Ищет его Василий, ищет, а он приходит сам и ничего рассказать не может – не помнит. Чем там питался, где ночевал. Клавдию, дочь свою, холил Матвей, жалел. Обновки в первую очередь ей покупал.

Приезжал раз в деревню прошлым летом. Дочь, Клавдию, замуж отдавал за деревенского парня. Тогда и увидела его Дарья. Да и он приметил её в толпе девчат деревенских. Кинулся с расспросами к свату своему.

Кто, мол, такая, чья будет. Смотрит своими глазищами чёрными, будто оценивает. От взгляда его, из-под насупленных бровей, оторопь берёт. Не стала Дарья дожидаться приезда молодых, ушла домой. Родители гуляли допоздна. Отец напился допьяна, и Матвей привёл его домой. Дарья притворилась спящей. Мать не дала гостю будить дочь.

– Чего, Матвей, дитя будить среди ночи. Пущай поспит. Она помощница знатная, много дел по дому делает, братьев меньших, почитай, сама вынянчила.

– Дитя, говоришь, хозяюшка? Какое же это дитя, коли груди буграми топорщатся. Коса одна чего стоит, и глазища на семерых. Зря не даёшь посмотреть! Я бы её за старшего своего сына Василия посватал, а то парню двадцать пятый год идёт, а холостым на свете мается. Ему бы вашу девку в самый раз.

Гнала Дарья от себя мысли о плохом. Чего бояться – отец рядом. И другие мужики в случае чего вступятся. Сама не понимала причин своего страха.